Проходит большая часть аукциона, а Рустам так и продолжает решать рабочие вопросы.

— Ты не будешь участвовать в аукционе? — не выдерживаю и обращаюсь к нему. — Ничего не купишь?

Он поворачивается и смотрит на меня. Ухмыляется. Хитро. Дьявольски. По его пылающим глазам понимаю — покупка уже совершена.

— Но как…

Начинаю и замолкаю, ведь муж очень выразительно отправляет телефон в карман пиджака. Вот чем он занимался. Отдавал распоряжения своим людям. Лично не показал никакого участия, но контролировал процесс от и до. Виртуозный игрок.

В зале вдруг воцаряется тишина.

Ведущий аукциона обрывает свою речь. Резко. На полуслове. Ощущение, будто шторм надвигается.

Я смотрю вперёд и обмираю. Ещё не вполне осознаю, что именно вижу, но сердце сводит болезненный спазм. Тяжесть разливается внутри.

Видео для взрослых. Трансляция запускается на всех экранах, и это явно не по плану. Замечаю, как ее пробуют отключить, однако ничего не выходит.

Проклятье.

Мороз пробегает по коже, ведь я узнаю героя этого кино. Очень уж запоминающиеся у него татуировки. Джеро занимается сексом с какой-то блондинкой, овладевает ею очень жёстко.

Грязно. Бешено. Мне становится не по себе от этого разнузданного и порочного зрелища, но взгляд от экрана отвести не удаётся. Сама не знаю почему не выходит отвернуться.

Джеро нагибает блондинку, ставит на колени, одержимо вбивается сзади. После наматывает ее спутанные волосы на кулак, дёргает голову вверх, открывая лицо.

Черт побери. Нет. Нет. Нет. Как такое возможно?

На экране мое лицо. Я смотрю в свои собственные глаза. Я узнаю на этом ужасном видео саму себя.

Глава 18"

"Мне кажется, проходит целая вечность прежде чем видео прерывается.

Экраны гаснут. Дисплей заполоняет темнота. Мое сердце бьется так гулко и болезненно, что практически разламывает рёбра. Как сквозь вату слышу, ведущий останавливает аукцион, приносит извинения за технические неполадки и обещает проинформировать всех гостей о дате нового мероприятия чуть позже. Речь довольно долгая. Учтивая. Подробная. Но сейчас я толком не способна воспринять подробности. Шок накрывает будто снежная лавина. Кожу покалывает. Внутри искрит от перенапряжения. Не могу сосредоточиться ни на миг.

Возможно, эти люди меня не узнали.

Кадр промелькнул быстро. Возможно, они просто не успели разглядеть. Не поняли. Не заметили.

Черт. О чем я вообще? Все было предельно ясно. Кино прокрутили по полной. Показали максимум.

Это удар. По мне. По Рустаму. По нашей семье. Очень низкий удар. Мерзкий. Отвратительный. Неужели Джеро сам до такого дошёл? Или же вступил в сговор с Верманом?

— Пойдём, — муж подхватывает меня под руку, заставляя подняться, его пальцы держат крепко, отрезвляют.

Я хочу что-то сказать, но с губ не слетает ни единого звука.