Знать бы, что его так вывело? Мои слова или слова Рия-ли? Он почуял опасность для меня? Как много вопросов и какой немногословный демон.

- Он уснул,- зашептала фея.

- Это нормально?

- Ты правда его не чувствуешь?

- Да что мне врать-то? – я пожала плечами,- это бессмысленно.

- Значит, он чувствует за двоих,- Рия-ли взлетела на жердочку,- вам обоим в храм надо. Там подскажут.

- Надо, значит надо.

У него были очень приятные, шелковистые волосы. И я как-то не заметно для себя, заплела демону колосок. Благо длина позволяла. Только кто же знал, что он придет в себя раньше, чем я успею налюбоваться делом своих рук и расплести его.

Очнувшийся Рейнард поспешно сменил облик и начал витиевато извиняться. Я не сразу поняла, за что именно, но, на всякий случай, встала. А то как-то неловко, он весь такой куртуазный, а я на постели развалилась.

- Не уходи,- сказала я, когда демон начал отходить к дверям. - Давай поговорим. И выпусти фею из клетки.

Ему оказалось достаточно просто повести рукой, чтобы среди прутьев появилась изящная калиточка.

- Хелена,- выдохнул он,- мне нужно уйти. Сейчас я опасен для тебя.

- Именно сейчас? А вчера? А позавчера?

- Все это время,- он склонил голову,- я не замечал этого. Я прикажу слугам собрать твои вещи и вернуть вас с Рия-ли в Храм.

- Ты издеваешься? Я тебе что, игрушка что ли? Ты как пес — в одну яму закопал, ненадежно, выкопал, другую роешь? Сам говоришь — Совет, опасность.

Стремительный бросок и я оказываюсь в постели, под его тяжелым, обжигающе горячим телом. Он не рискнул меня целовать, просто вжался лицом в обнаженную шею и тяжело дышал.

- Я схожу с ума, Хелена. Это начиналось не так,- он провел губами вдоль моей шеи и хмыкнул,- обжигающий лед. Безумие. Знаешь, чего я хочу? Наплевать на все твои хочу и взять тебя. А это возбраняется законом.

Мне было что сказать по этому поводу. О, я много чего могла сказать. Но именно сейчас, под тяжелым, неподъемным телом чужого мужчины я полностью осознала то, о чем сама же и говорила. Я в другом мире. Все. Повыпендривалась, показала зубы и талант — теперь договаривайся. Ни участковый, ни полиция, ни, мать его, ООН тебе не помогут. Не доросли местные до таких вывертов гуманизма. Если он сейчас меня поимеет, обженит на себе и выйдет на Совет — ему никто ничего не скажет. И будем мы с Рия-ли сидеть в одной клетке, выть на луну и верить в лучшее.

Сглотнув, я подняла руки и положила ладони на широкие, крепкие плечи. Если Рия-ли права, его так кроет из-за меня. Из-за того, что я не участвую в обмене энергией. Значит, его можно успокоить прикосновениями.

- Пока ты дремал на моих коленях, я заплела тебе косичку. Дай-ка расплету,- сдержанно произнесла я.

Так сдержанно, будто его дыхание не пускало по моей заледеневшей коже табуны озверевших мурашек.

- Да, расплети.