Но никто другой такого контроля над растениями не добился. Даже заговорить с ними не смог. А ты смогла.

- Когда научусь – стану сильнее.

«Тот, кто убил хозяйку – жив»,- пришла мысль от леса.

Мне стало страшно. Неужели спустя столько столетий у Тринадцатого рода, у моего рода, еще остались враги?

- Что он сказал? Ты в лице переменилась,- встревожилась фея.

- Нам нужно перейти озеро. Но пиявок и прочую пакость от меня отгонят,- вымученно улыбнулась я.

- О. А. А можно я останусь у тебя на плече?

- Можно, но,- я коварно улыбнулась,- ты не боишься, что я нырну с головой?

- Мокрые крылья – худшее, что может произойти,- серьезно произнесла Рия-ли. – Потому что когда они начинают сохнуть, это такая боль…Ужас.

- Я никогда не сделаю тебе больно. По крайней мере, если буду знать заранее, чем то или иное действие может для тебя обернуться,- сказала я.

- Спасибо.

Передо мной появились плотные, кожистые листья. Как огромные кувшинки. И пришла мысль-ощущение — придется опустить их в воду. Иначе им не выдержать мой вес полностью. Что ж, не придется плыть или месить ногами ил.

От леса пришло ощущение смеха и понимание — здесь невероятная, нереальная глубина. И на самом дне немало костей. Мои предки были довольно практичным народом и своих врагов пускали на корм растениям. Может, нас поэтому уничтожили?

Приятная теплая вода доходила мне до груди. Рия-ли стояла на моем плече и попискивала. От красоты лесного озера или от страха упасть в воду — не знаю. Я же занялась самокопанием. Сама не успела заметить, как Тринадцатый род стал моим, как мир стал моим. Глядишь, завтра забуду себя и побегу целовать Рейнарда. Хотя, если посмотреть на других интарийцев, так есть и худшие экземпляры. И на порубленный в кашу шашлык я зря обиделась. Хотя вид у него был такой, будто жаренное на углях мясо пропустили через мясорубку. К тому блюду еще бы трубочку, чтобы всасывать питательную жижу.

Хм, кажется, что-то уводит мои мысли от воспоминаний о Земле и о родителях. Стоит мне только начать вспоминать, как цвела акация на нашей даче или какой вкусный ликер варил отец, как что-то происходит и я начинаю думать совсем о другом. К слову, вот интересно, а феи — они раньше жили на Земле?

«Кажется, я никогда не смогу толком обдумать то, что со мной происходит»,- я старательно, почти по буквам произнесла это про себя. - «Я все равно должна связаться с родителями. Сказать, что жива. По необходимости — помочь».

Даже голова разболелась. Может, это такая страховка? От излишне истеричных барышень?

Озеро закончилось. Я осторожно выбралась на берег и с отвращением посмотрела на подол платья — он все же был в иле. Или в какой-то иной коричневой пакости.

- Почистить тебя?

- А ты можешь? - с надеждой спросила я и Рия-ли засмеялась:

- Конечно. И почищу и посушу.