Мечты начинающего бизнесмена жестоко разбились о реальность. Сначала выяснилось, что у меня не может быть детей, и тщательно оборудованная детская стала лишь угнетать. Я вцепился в страстное желание жены реализовать дизайнерские идеи и купил в другой части города домик.

Бывать здесь я не любил, но держал квартиру в порядке. Зачем? Может, как напоминание о том, что любой человек может быть счастлив, пока находится в блаженном неведении, пока не знает, что мечты останутся лишь пеплом на окаменевшем сердце. И нарисованная мною картина большой и дружной семьи сузилась до сэлфи вдвоем.

Сам не заметил, как поднялся на второй этаж, и ладонь уже легла на витую ручку из латуни. Осталось толкнуть и заглянуть в невозможное для меня будущее и чужое счастливое настоящее. Дверь детской открылась без скрипа, и я увидел свет.

Приглушенный ночник в углу за детской кроваткой уже вышедшей из моды коллекции, настольная лампа сейчас стояла на полу и отбрасывала золотистые круги на пушистый, никем не тронутый коврик в виде забавной коровы.

До сегодняшнего дня не тронутый, потому что сейчас на нем спала Ася.

В окружении бумаг, положив щеку на давно разрядившийся ноутбук, она посапывала так безмятежно и мило улыбалась во сне. И вдруг лицо болезненно её исказилось, даже губы задрожали.

Я, будто притянутый за невидимый канат, шагнул внутрь комнаты, как завороженный присел на корточки и протянул руку. Кончиком пальца провел по мокрой щеке женщины. Ася вздрогнула, и по бархатной коже покатилась новая слеза. Я услышал шепот:

— Он твой…

Я застыл, будто примороженный к месту. Сердце бухнулось о ребра, дыхание перехватило.

Что, черт побери, это было?

В кроватке заворочался малыш, и Ася, будто ощутив это седьмым чувством под названием «материнский инстинкт», подскочила и, заметив меня, вздрогнула. Рука ее потянулась к вороту халата, сжимая ткань, губы приоткрылись.

— Я привел доктора, чтобы он осмотрел ребенка, — сообщил я прежде, чем она что-то сказала. — А еще нам необходимо поговорить. Жду внизу.

Поднялся и, не оглядываясь, быстро покинул чужую реальность, мою невозможную мечту.

Глава 10

Мне опять снился Боря, и во сне я пыталась убедить мужа, что Николаша его сын.

Подносила ребенка, просила взять его на руки, почувствовать… Все бесполезно. Муж был неприступен.

Когда же я услышала сквозь сон, как кряхтит Николаша, то совсем не ожидала увидеть перед собой босса. Леонид Григорьевич сидел возле меня на корточках, и я непроизвольно вздрогнула от недопустимой близости с посторонним мужчиной.

Босс тем временем бросил мне пару сухих фраз, больше похожих на приказы, и ушел, оставив в растрепанных чувствах.