— И однажды она уплыла и не вернулась?

— Да, — тихо ответил Агрий. — Мы ждали ее почти неделю, а потом отправились на поиски. Они завершились ничем, хотя мы прочесали все Великое море, каждое укромное место! И только потом, услышав в шепоте волн о ее смерти, отправились к морской ведьме. Мой сын тебе наверняка рассказал о цене, которую мы заплатили.

Я кивнула, искоса посматривая на Глина, встрепанного и растерянного.

— Полагаю, теперь я знаю, кто дитя небес, — вздохнула я, решив раскрыть тайну своей обретенной семье. — Аранатариэль.

Правители вздрогнули, лица их разом вытянулись. Алона неожиданно встревожилась, погладила мужа по руке.

— Мне прошептали звезды пророчество.

— Расскажешь?

— В беде оказавшись, с испугаКровавый цветок приложи,Из камня желанного другаЛюбовью своей одари.Нужна только капля желаньяИ голос девы морской,Чтоб времен стереть расстоянье.Позови звезду всей душой.И свет небес возродится,И смерть откроет ей дверь,И навсегда возвратитсяНаша сестра — Аранатариэль.И едва закончила, как из глаз хлынули слезы, и я уткнулась в плечо дяди. Он вздохнул и осторожно погладил меня по волосам.

— Мы справимся, Ариадна. С любой бедой мы справимся вместе. У тебя теперь есть семья. Мы защитим. Мы поможем. Мы будем рядом.

В голосе короля звучала твердая уверенность, и я невольно успокоилась, принимая протянутый Алоной платок и вытирая слезы.

— Вы не знаете, кто мой отец? Мама ничего не рассказывала?

— Нет, Ариадна. Она скрыла даже тот факт, что влюбилась.

Некоторое время мы молчали, а потом дядя спросил:

— Откуда ты знаешь, как выглядела Аврора?

— Иллюзию мамы показал тот, кто меня спас, — тихо сказала я. — Он темный маг.

— Даже так, — задумчиво заметил король. — Ты скажешь нам его имя?

В горле снова встал ком горечи, на глаза набежали слезы, но скрывать от родных правды я не видела смысла. Мне в любом случае больно, и с каждым днем это чувство прорастает все сильнее.

— Лирантанель Дарсе Винтуриан де Риган.

— Принц Ларейи? Сын короля Шерантанеля? — удивился мой дядя, даже не пытаясь скрыть своей реакции.

— Да. Лир постоянно меня спасал. Если бы не он, я бы давно погибла.

Принц Глин вздрогнул и тихо уточнил:

— Это он, да?

Его родители переглянулись, вопросительно посмотрели на меня.

— Я безнадежно его люблю, — прошептала я, будто боялась этих слов, отзывающихся во мне так, словно душа состояла из натянутых струн, и я одну за другой их рвала.

— Я правильно понимаю, ты и есть та самая девушка, которая сбежала от принца? — спросил король.

Я подняла на него глаза, растерялась окончательно.

— Слухи дошли даже до гномов, Ариадна. Правда, мы не придали им значения.