Агрий чуть улыбнулся, но даже не попытался подняться. Видимо, сил и правда не осталось.

— Я говорила, стоило сказать Ариадне, прежде чем начинать, — заметила Алона, протягивая воду.

Жадно выпила, прижалась к Лиру еще крепче.

— Как же мне хочется тебе врезать, новоявленное величество, — вдруг заявил Глин. — Два часа Ари такое испытывала… Чтоб тебя бездна слопала!

Лир вздрогнул, посмотрел мне в лицо и тихо спросил:

— Очень больно?

— Сейчас лучше.

— Блок снимешь?

А я успела его поставить?

— Постоянно тебя об этом прошу почему-то…

— Лир, да у нее сил нет!

Глин был прав, мне очень хотелось спать. Лир вздохнул, обнял, и я закрыла глаза.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда я проснулась, увидела Лира и Глина. У второго почему-то под глазом был синяк. Я так удивилась, что вытаращилась на брата.

— Как ты? — спросил он.

— Ты что, с кем-то подрался?

Глин покосился на Лира и фыркнул.

— Есть такое. И да, по делу. Просто отвечать кое-кому не стал, синяки тебя не украсили бы, Ари. Зато кое-кто в следующий раз будет думать, прежде чем…

— Следующего раза не будет. Забыл, кто я теперь?

Я подскочила, посмотрела на Лира…

— Русал, да?

— Однозначно.

Интересно, кто первый начал ссору?

— Она интересуется, кто затеял драку, — сдал свою дайари Лир.

Глин вздохнул, виновато покосился на меня и сердито на моего мага.

— Как прошла инициация? — решила я сменить тему.

Лир переглянулся с Глином, а потом ответил:

— Добровольно отказался от темной магии. Было… больно.

Хм… Значит, хорошо, что не поддалась, не позволила забрать то, что чувствовала.

Лир решительно пересадил меня к себе на колени, уставился в глаза. И я подумала, что они не поменяли цвет. По-прежнему полны мерцающего серебра.

— Ари, я оценил твой порыв, когда ты оставила боль себе. Но оттого, что тебе было плохо, мне же еще хуже! Да, я мог не пройти ритуал, риск имелся. Но, свет мой, если бы ты лишилась русалочьей сущности и умирала бы медленно изо дня в день…

Он взял мое лицо в свои ладони, и я почувствовала, как они дрожат.

— Зачем ты так, дайари?

Я сосредоточилась и создала иллюзию Лира, который находился на площади и молча стоял под ударами. Разве такое забудешь?"

"— Никому не позволю причинять тебе боль. Слишком сильно люблю тебя. И лучше умру, правда, чем ты и Аран… Вы же самые близкие… А ты… Без тебя…

Слова терялись, путались, я дрожала уже вся, всхлипывая.

— М-да… Посмотришь так на вас и никакой алитэйи не пожелаешь, — вздохнув, заметил Глин.

— Второй синяк захотел для коллекции? — поинтересовался Лир, обнимая меня бережно и нежно.

— Пользуешься случаем?

В голосе Глина послышалось что-то непонятное и странное. Лир же только вздохнул и зарылся лицом в мои волосы.

— Ты просто не видел ее, когда она впервые попала к нам.