Её бабушка умеет гадать и учит её. Но она не такая сильная пока и поэтому не смогла выгнать зло из зеркала. Мама, я сама его видела! Оно пыталось выбраться оттуда!

Я срывалась на крик, пытаясь доказать, что не вру.

– Так, понятно, – сказал папа, – Задурила мозги ребёнку и похоже-таки навела гипноз на неё, вот и почудилось ей невесть что.

И папа подошёл к зеркалу и протянул руку, чтобы сдёрнуть платок. Я закричала от страха:

– Папа, нет, нет! Не делай этого! Умоляю!

Но папа нервно сплюнул и махнул рукой на меня, а затем сдёрнул платок цыганки одним движением.

Я зажмурилась от страха, ожидая, что сейчас то чудовище выскочит наружу и набросится на отца, но ничего не произошло. Папа выбросил платок в сени, сказав, что завтра сожжёт его, а пока пусть поваляется там, и велел всем мыть руки и садиться ужинать, а маме идти накрывать на стол.

– Что же произошло дальше? – спросила я, забыв о том, что ещё недавно хотела обдурить старуху и выманить у неё ключ от дома.

– Дальше всё становилось хуже, – дама вздохнула тяжело, – Родители не стали убирать зеркало, не поверив мне.

А Эммочка всё чаще стала проводить время у зеркала. Она сделалась очень нервной, так, что из сада её пришлось забрать, она кусала там детей и дралась со всеми. Пока я была в школе, за Эммочкой присматривала соседка, пожилая женщина, которую мало заботило, чем Эммочка занята, лишь бы была сыта и опрятна. Она занималась своими делами – чтением и вязанием, а Эммочка сидела у зеркала и не беспокоила её. Когда я возвращалась из школы, я неизменно заставала сестрёнку за этим занятием. Если я пыталась оттащить её от зеркала и занять чем-то, она начинала вырываться, кричать и кусаться. Родители уже тоже поняли, что творится неладное. Но они не связывали это с зеркалом, они считали, что у Эммочки психическое заболевание. Они начали водить её по докторам, но легче не становилось. А в одну ночь я проснулась и встала попить воды, пройдя на кухню, я увидела, что в темноте прихожей у зеркала стоит Эммочка, её белая ночная рубашка светилась в лунном свете, и я хорошо видела её. Но она была не одна. Из зеркала тянуло свои лапы нечто. Это было оно. Зло.

Дама надолго замолчала, глядя невидящим взглядом в окно, а затем вновь продолжила рассказ:

– Когда я увидела эти бледные, тощие руки, тянущиеся к Эммочке из зеркала, я чуть было не закричала, но вовремя зажала себе рот руками, боясь причинить вред Эммочке своим криком. Я осторожно стала подходить ближе, намереваясь схватить сестрёнку и оттащить от этого нечто. Когда я подошла уже к самому порогу, я увидела, что Эммочка стоит с закрытыми глазами. Она пришла на зов этой твари неосознанно, во сне.