— Выпьешь со мной?

— Нет, я за рулем. Так отчего же баллон взорвался? — допытывался Бочаров.

— Отец ночью встал, пошел на кухню, зачем-то зажег плиту — чайник, что ли, хотел поставить… Он, когда долго заснуть не может, чайком балуется… Баловался, — поправился Игорь. — Видать, баллон был неисправный.

— А что же следствие по данному факту какое-то ведется или нет? — не унимался Сергей.

— Да какое там следствие, — махнул рукой Игорь, — участковый пришел, осмотрелся, забрал баллон на экспертизу…

— Участковый, говоришь… А как его фамилия?

— Да что я, помню? Может, это и не участковый был, а дежурный из райотдела… А ты, Серега, почему этим интересуешься? — Селезнев уставился в глаза Бочарова.

Юля забеспокоилась, что муж сорвется и разрушит столь тщательно спланированный и разыгранный сценарий.

— Мама где-то визитку его положила, — молодая хозяйка сделала вид, что ищет ее на книжных полках.

— Я просто хотел помочь, чтобы, так сказать, ускорить процесс, — пояснил свою позицию Сергей.

— Да что там помогать? Это же не криминальная смерть, — подала голос Анна Павловна. — Похороны, как и положено, состоятся на третий день, то есть послезавтра.

Вынос тела в одиннадцать ноль-ноль, прямо из морга. Приходите, если сможете.

— Обязательно придем, проводим Колю в последний путь, — сказала Антонина Никитична, вытирая слезы.

Вскоре Бочаровы ушли. Анна сразу же стала звонить мужу. Поговорив с женой, Николай Александрович набрал мой номер.

— А вы, Полина Андреевна, общались с Сергеем? — спросил Селезнев, закончив свой рассказ.

— Нет, он упорно не выходит со мной на связь. Вероятно, решил кинуть с оставшимися деньгами.

Мне они не больно-то нужны, аванса вполне хватило на то, чтобы все организовать…

— А как же ваши знакомые, те, которых он держит взаперти? — тревожно осведомился Николай Александрович. — Вы ведь ради них все это предприняли… мы с вами предприняли…

— С ними как раз все в порядке. — Я вкратце рассказала, как и почему Таня помогла им сбежать.

— Значит, она нас подслушивала? Это нам еще повезло, что Татьяна приняла нашу сторону…

— Не думаю, что кто-нибудь из бойцов «Грифа» встал бы на сторону Бочарова, если бы узнал всю правду о нем.

Он использовал подчиненных втемную. Просто Таня в отличие от своих коллег-мужчин оказалась любопытной…

— Ну, женщинам это свойственно, — заметил Селезнев. — Нет-нет, вы не подумайте, что я говорю об этом как о вашей отрицательной черте. Работая следователем, я подметил, что женщины, как правило, замечают гораздо больше, чем мужчины. Их показания зачастую помогали найти ключ к расследованию. Впрочем, я несколько отвлекся. Моим показалось, что Сергей все еще не поверил до конца в мою кончину.