— Не сомневаюсь, для тебя одно из излюбленных занятий — подсматривать за соседкой напротив сквозь окно».

Ведущий развернулся к оператору, ясно давая понять, что пришла его очередь выходить на ковер. Килл Тарч, сосредоточенный немногословный человек, словно вечно двигающийся по прозрачным стеклянным тоннелям, позволяющим ему мысленно уединяться даже в обстановке всеобщего сумасшествия. Именно он снимал самые откровенные эпизоды сериала, позволяя актерам забывать о своем присутствии. В эти моменты он, словно исчезал, растворяясь за камерой и становясь невидимым.

Килл улыбнулся, потом вдруг стал серьезным, словно готовился к ответу в суде, и даже открыл рот, но после отступил на полмгновения назад и начал все снова. По-другому."

"— Так и должно было быть. Это квир-проект, и не потому что речь идет о нетрадиционных отношениях, а потому что в таком проекте могли работать только странные люди. Каждый участник этого фильма, мужчина или женщина, по-своему уникален и нестандартен, и это обоснованно. Другим бы здесь просто не нашлось места. Мы делали странную вещь, поэтому все в ней должно было быть уникально.

Когда я узнал о проекте, я позвонил, чтобы сообщить, что хочу попасть на собеседование, сразу собрался и отправился туда. По дороге я продумал не одну длинную речь, набросал в голове ответы на возможные вопросы и, как мне казалось, был готов произвести впечатление, но когда приехал… Группа людей сидела в тесной прокуренной комнате, так мало похожей на то, что я ожидал, что я так растерялся…

— Он вошел в комнату, — перебил его Галлилей, растекаясь почти в материнской улыбке – и, не здороваясь, спросил: «Чем я могу вам помочь?» (1) Это было настолько мощно, что я уже не сомневался, чокнутым энтузиастом стало больше.

Килл виновато улыбался, словно стеснялся слов Рона.

— Да-а-а. Тогда я еще толком не знал никого из них. Правда, с Роном мы сталкивались в институтские годы и даже ставили что-то для студенческого капустника. Я вошел и понял, — путаясь в мыслях, продолжил Килл, — что Олимп состоит из облака дыма и огромной доски. Знаете, такая доска, на которой пишут маркерами, на которой… то, что там было, показалось мне схемой мыслей сумасшедшего человека.

А еще энергетика. Необычная. Мощная. Она едва вмещалась в эту маленькую комнатку. И я понял, что выход из нее гораздо дальше, чем вход, а я… я уже не хотел его искать.

— Потрясающе! — воскликнул ведущий. — Я никогда не слышал ничего подобного! То есть, ты сразу почувствовал дух независимого кино?

— Я понял, что проекту нужна мощная энергия и ощутил ее внутри себя. Удивительно, но, оказалось, она у меня есть где-то глубоко, просто я никогда не знал о ней.

— Интересно, — заключил ведущий.