— Энди! Прошу тебя, давай поговорим!

— В последнее время меня все вокруг о чем-то просят. Что ж, давай поговорим. Начинай.

Маккена растерялся. Он ощущал бешенное биение сердца, но почему-то в горле. Рою казалось, что внезапно запульсировали венки даже в глазных яблоках.

— Энди, — Маккена старался взять себя в руки. — Энди. Я виноват. Я был полным идиотом… сволочью. Назови, как хочешь. Я был трусливым ублюдком, эгоистичной тварью. Я признаю это. Дай мне шанс все изменить…

— Изменить что? — парень говорил спокойно, и это еще больше разгоняло кровь в жилах Роя.

— Твою судьбу.

— Разве я просил об этом? Судьбу изменить нельзя. Так же, как и выбрать. Она определена заранее…

— Это не так!

— Так. Неужели ты думаешь, что я выбирал? Неужели хоть один здравомыслящий человек осознанно выберет такое? Это дается свыше, только за что, не знаю…

— Не свыше! Я виноват! Я клянусь тебе, что сделаю невозможное, чтобы все исправить! Я отдам все, чтобы…

— Даже, если ты отдашь мне весь мир или не дашь ничего, не имеет значения, потому что нужно мне еще меньше. Ты даже не представляешь, насколько. Ничего мне не нужно.

— Энди, что мне сделать?!

— Сделай для себя. Ложись спать. Врач прописал тебе отдых.

Рой почти задохнулся. Слова скопились внутри, распухли и впились в гортань. Он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть, и так и застыл с открытым ртом. Он мог лишь молча наблюдать, как парень достал лекарство, закапал в глаза, а после спокойно лег и отвернулся. Господииии! Одна единственная мысль выдавливалась сквозь шум в ушах. Господииии! Первым, что почувствовал Рой, было сердце. Оно тоже казалось огромным и распухшим, словно пропитывалось чем-то, растягивалось и уже начинало лопаться. Что-то покалывало, напоминая мелкие электрические разряды."

"Рой промучился всю ночь, Энди ни разу не повернулся во сне. Погода не улучшилась, и утро не наступило, а навалилось. Еще не успев открыть глаза, Маккена понял, что его всю ночь избивали, потом по нему ездил асфальтоукладчик, потом его кто-то откуда-то выковыривал, а напоследок его кости догрызли бродячие собаки. Мозг чувствовался не лучше, словно был замаринован в смеси ослиной мочи, формальдегида и еще какой-то дряни. Рой с трудом повернулся и понял… Энди нет. Первая мысль пробила голову навылет и зацепилась за острие черепной коробки последними сантиметрами, и Маккена вскочил. Он пытался хоть что-то сообразить, но все мысли проскальзывали сквозь это злополучное отверстие. Он успел вспотеть, потом покрыться холодным потом, перепугаться и… Рюкзак парня аккуратно стоял возле двери, и Рой внезапно стал счастливым. Надежда. Вот она, тонкая нить, которая держит крепче крученого каната.

Он заметил Энди издалека.