— Неужели? Я даже не рискну предположить, где.

Парень не заметил, что Маккена вновь подшучивает над ним.

— Не Стив ли?

— Ли, — согласился Энди. — Он про себя говорит то же самое.

— Вот видишь, как едины мы с ним.

Ну, да. Более десяти лет за спиной. И зашкаливающая самоуверенность. Энди вспомнил его слова. А у него самого - ночи и безудержная наглость. Опыт против дерзости.

— Я уже вижу картинку, — тем временем продолжал Рой. — Нужна крыша. И чем выше, тем лучше.

— Согласен. Раз тебе не удалось меня утопить, решил научить летать?

— Хорошо, — согласился Рой.

 — У тебя одна попытка. Не полетишь - извини."

"— Шон говорит, я все ловлю на лету, так что, и у тебя тоже одна попытка показать, как это делается. Знай, если я вдруг не пойму, и ты извини. У тебя какая-то интересная связь между высотой, водой и полетами.

— Так я тебя еще тогда проверял, — отшутился Маккена. – Дай, думаю, посмотрю. Прыгнет с моста — мой человек, ну, а не прыгнет — не мой.

— А если бы я не прыгнул. Как бы ты потом узнал?

— В том то и дело, что не узнал бы. Но ведь ты знал, что я не узнаю, и чтоб я узнал, знал, что делать, и теперь я знаю.

Фу, пока сказал, утомился весь.

— Рой, я тебя люблю…

Энди осекся. А вот и смущение. Явилось, наконец. Только поздно и некстати. Черт бы его побрал!

— Ну, то есть не то, чтобы люблю… Мне нравится с тобой…

— Что со мной не то, чтобы любить? Трахаться? — Рой свел все в шутку.

— И это тоже.

— Ты есть маленькая похотливая детка. Это я к вопросу о порче мальчиков. То, что изначально испорчено, испортить еще раз нельзя.

Маккена продолжал с удовольствием есть. Энди смотрел и не понимал, как в него столько влезает.

Двухдневное количество еды. Наверное, он недокармливает Роя, и тот вечно голоден. Надо бы готовить больше. Или чаще? Или больше и чаще? И костюм ему к лицу, словно тот, кто изобретал такую одежду, изобретал ее именно для него. Все время облизывает нижнюю губу. Энди так нравится эта его идиотская привычка. Как там говорил Стив? А, шарм. Парень пробовал повторить перед зеркалом. Получалось жалко. Так что, он сейчас сидит и любуется, потому что у Роя получается классно. И сам он классный. Какой-то знакомый донельзя. Родной, словно живешь с ним лет сто. Энди знает о нем много. Много? Ну, по крайней мере, немало. Знает, какие рубашки тот любит. Знает, что из еды предпочитает. Как спит. Как видит мир. Как трахается. Какой он на ощупь и как пахнет. О, феромоны. Не такие, как у Шона. Другие.

— О чем думаешь? — вопрос вырывает парня из круговерти мыслей.

— Так. Ни о чем.

— Не хочешь подумать о вечере?

Как-то неожиданно. Энди уже давно привык не думать об этом, потому что думай - не думай, все пойдет как обычно.