Изображаю интерес.

Актриса. Известная в Питере, недавно вернулась из Москвы, думала покорять столицу, не удалось.

Рэпер, без привычных атрибутов, так необходимых для этого вида деятельности, в каком-то спортивном костюме, навевающем воспоминания о братках девяностых.

Известная художница. Выставка недавно с успехом прошла.

Бывший редактор одного из самых популярных новостных интернет-порталов. Почему бывший? А как-то портал резко прекратил свое существование. Может, кого-то неправильно осветили, кому-то на мозоль наступили. Буквально вчера еще росли и развивались, и вот все.

Причем, сразу везде прекратили деятельность. И в Москве и в Питере. Так бывает.

Я пожимаю плечами. Всякое бывает. Пью черный кофе без молока и сахара. Смотрю на проходящих мимо людей. На подъезжающие и паркующиеся машины. Вообще-то, здесь парковка запрещена, но у нас всегда есть те, кто ровнее остальных.

Один такой как раз паркуется. Черный представительский седан.

А потом…

Черт!

Я отвожу взгляд настолько торопливо, что Игорь, с увлечением рассказывающий мне про очередного деятеля искусств, как раз на днях пойманного с незаконным веществом в кармане, замечает это и вопросительно замолкает.

Но мне не до него совершенно.

Потому что я вижу надвигающуюся катастрофу и не знаю, как ее предотвратить.

Потому что, конечно, бывает всякое.

И кафе в Питере полно. И таких модных — вагон.

И известный глава известного международного строительного холдинга, непонятно за каким хреном в очередной раз посетивший северную столицу, вполне может просто заехать поесть…

И…

Утешай себя, Оля, утешай.

И верь в совпадения. Давай.

Вот он уже к столику твоему идет.

Начинай верить.

18. Сейчас

Ну что, ты смотришь? Ну смотри.

Я взгляд не отведу, не думай.

Пустое. Нет, не говори.

И улыбнись. Не будь угрюмым.

Ну как тебе я? Ничего?

Я вижу. Как зрачок расширен!

Все для тебя. Для одного.

Улыбкою кота Чешира.

Ты что-то говоришь, а сам

Все смотришь, смотришь… И напрасно.

Давно не верю голосам,

Твердящим все кристально ясно.

Тебе все ясно? Ну — вперед!

И в руки — флаг! И что там дальше?

Смотри. Другой домой везет.

А ты… Ты вспоминай. Почаще.

М. Зайцева.

Сейчас.

Я захожу в зал и сразу к ней.

Сидит. Смотрит. Глаза такие… Черт, Шипучка! Ну чего ты творишь опять?

Ну зачем?

Мы нехорошо расстались в последний раз.

Но ты реально, прямо на самом деле, думала, что я тебя оставлю? Да? Ты же так хорошо меня знаешь, Шипучка. Как облупленного знаешь.

Мажорчик, нагло зацепивший ее руку, пока еще ничего не видит. И не понимает. Моей чуйки у него нет, и было бы странно, если б появилась. У такого.

И потому надвигающегося пи**ца, само собой, не ощущает.

Зато Олька сразу все сечет. И только глаза сужает опасно. Сейчас зашипит. Как газировка моей юности, выплеснется через край.