Вадим считает, что победит, как только убьёт тебя, и будет полностью сосредоточен на этом.

– То есть, – с лёгкой ухмылкой сказала Шарлотта, – если мы правильно всё спланируем, ты отвлечёшь Вадима, а Наследники с Одичалыми уничтожат всю его армию прямо у него под носом.

Все они выглядели невероятно довольными – даже Ариана, которая смотрела на него так, будто понимала, что они загнали его в угол. Но Саймон покачал головой, а на сердце заскребли кошки.

– Это хороший план, – признал он. – Правда, хороший…

– Мы знаем, – сказала Уинтер, перекинув косу через плечо.

– Но, – продолжил Саймон, – я не могу заставлять Наследников и Одичалых – да и вас тоже – опять рисковать собой.

– Только вот, – раздался ещё один голос, – тебя никто не спрашивает.

Между Шарлоттой и Джемом встал Бэк, возвышаясь над ними на добрых пятнадцать сантиметров. В зелёных глазах горела серьёзность, а за его спиной виднелись наблюдающие Наследники.

– Мы здесь не потому, что делаем тебе одолжение, – продолжил Бэк. – Мы здесь потому, что не хотим победы Верховного Совета.

Саймон покачал головой.

– Но вам больше не нужно сражаться. Для Верховного Совета вы мертвы – вы можете просто вернуться домой, к семьям, и никогда больше не волноваться о Вадиме.

– Но он останется в живых, – сказал Тембо, стоящий у входа. – Пока существует Верховный Совет, не видать нам ни спокойствия, ни свободы.

– Как и всем анимоксам, – сказала Яра, вставая, и её близняшка Дельфина поднялась вслед за ней. – Мы не сможем жить в мире, которым правит Верховный Совет. Вот почему мы здесь, Саймон. Мы – защитники анимоксов, и сражаться за них – наш долг и честь.

По толпе прокатился ропот, и, к удивлению Саймона, на стол взобралась Суюки, чуть не угодив ногой в миску Кая.

– Давайте проголосуем, – сказала она. – Кто хочет жить в страхе до конца своих дней, под чужим именем и в чужой стране, притворяясь, что он не Наследник, лишь бы Верховный Совет его не нашёл?

Никто даже не шевельнулся."

"– Голоса за позорный побег отсутствуют, – объявила Суюки, красноречиво покосившись на Саймона. – А кто хочет раз и навсегда расправиться с Верховным Советом, отбить у них город наших предков и позаботиться, чтобы от рук Вадима больше не пострадала ни одна семья и ни один анимокс в мире?

В воздух моментально поднялось пятьдесят рук, а за ними постепенно подтянулись и остальные – даже Экон, стоящий на другом конце комнаты, мрачно расправил плечи.

– Да, Нолан не Наследник, – пророкотал он, – но он один из нас. Ради нас он рисковал семьёй и собственной жизнью. Он сражался с нами, объездил ради нас весь мир. Пришла пора проявить благодарность.

Несколько Наследников, включая Саймона, пораскрывали рты.