Олег тяжело вздохнул, его нутро тревожно шевельнулось – что-то неспокойное творится в мире, и эта девица влезла в самую середку этого беспокойства.

Олег покинул комнату, плотно затворив за собой дверь, и спустился в таверну. Запах кислого пива повис в воздухе так плотно, что даже открытые окошки не помогают. За дальним столом громко храпит бородач, таверного нет, но с улицы доносится командный голос и лошадиное ржание, стало быть, самолично возится в конюшне.

– Проснулся? – раздался грудной женский голос справа.

Олег оглянулся, хозяйка таверны в рубахе на голое тело стоит у ступенек, облокотившись на перила. Жидкие кудри торчат в стороны, делая из нее отцветший одуванчик.

– Выспался, – поправил Олег, потому что просыпаться лучше, когда организм сам поднимает, готовый к бодрому дню.

Хозяйка опытным взглядом оглядела его с головы до ног и обратно.

– Голодный, небось?

Олег пожал плечами, но кивнул.

– Ну, если настаиваешь, – согласился он.

– Садись, – довольно улыбаясь, пригласила его хозяйка за стойку. – У меня завтрак для работников готов. Если не побрезгуешь кашей с мясом.

– Кто я, чтобы отказываться от щедрого угощения? – смиренно отозвался волхв.

Улыбка хозяйки стала шире, она отнесла свое тучное тело за небольшую дверку под лестницей, а когда Олег сел на табуретку, вынесла и поставила на стойку перед ним большую тарелку с дымящейся кашей и стакан молока.

– Благодарствую, хозяюшка, – поблагодарил Олег.

Ел спокойно и вдумчиво, как завещали древние мудрецы, которые наказывали жевать медленно, давая животу время донести до головы весть, что он уже набит до отвала.

– А девка твоя? – поинтересовалась хозяйка. – Спит еще?

Олег кивнул.

– Голубая кровь, белая кость.

– Ну и времена пошли, – стала сетовать хозяйка таверны. – Раньше бабы как?

– Как?

– Вставали спозаранку, кормили своих мужей и провожали их на славные дела. А сами кто по дому хлопотал, кто в поле шел. А сейчас что?

– Что?

Хозяйка разочарованно отмахнулась.

– Да вон что – валяются в койке, спят до рассвета. Где ж это видано? Чтоб баба вставала после восхода?

Олег отправил в рот очередную ложку ароматной каши, добротный вкус растекся по языку.

– Новое время, – согласился Олег, кивая, – новые правила.

– Да что ж это за правила, где все не пойми как?

– Да… да…

С хозяйкой таверны не поспоришь. Что-то меняется в миропорядке, какое-то животное чутье нашептывает об этом, как псу, что загодя знает о приближении землетрясения.

Хозяйка выждала паузу, а когда Олег так ничего больше и не сказал, спросила:

– Вы путники, стало быть?

– Путники, – согласился Олег. – Всю жизнь путники.

– И куда держите путь? – не унималась хозяйка таверны.

Вопрос хороший.