— Знаешь, сколько раз я видела, как ты падаешь замертво с пулей то в голове, то в сердце? Знаешь, сколько раз во сне я видела, как ты умираешь, Мар?!

Ее отчаянный крик, ее слезы все же ломают мою внутреннюю преграду."

"— Я обещаю, — шепчет совсем севшим голосом. — Обещаю учиться доверять тебе. Обещаю, что важные решения мы будем принимать только вместе. Обещаю научиться верить в тебя и научиться готовить, — улыбается дрожащими губами. — Только детей у нас больше не будет, если ты вдруг думал когда-то об этом, — отводит взгляд, комкая мою влажную от ее слез футболку.

— Нам хватит, — осторожно приподнимаю ее лицо. — Прости меня, красивая, — улыбаюсь.

— За что?

— За то, что я не смог забрать вас раньше. За то, что не понял тогда ни хрена в ресторане. За то, что на время меня сломало и я исчез из твоей жизни. Спасибо за то, что у нас есть наш сын. Спасибо за то, что любила. Спасибо за то, что не стерла меня из его жизни и я существовал хотя бы в сказках. Я обещаю оберегать вас. Обещаю, из кожи вон вылезу, но вы ни в чем не будете нуждаться.

— Звучит, как брачная клятва, — очень тепло смеется Аврора.

— Выходи за меня, любимая девочка. Я очень постараюсь сделать тебя счастливой.

— Ты уже, — она целует мои пальцы и это так горячо, словно между нами снова секс.

— Что «уже»? — туплю, позволяя себе утонуть в этом ощущении.

— Ты уже сделал меня счастливой, Мар. Не надо стараться. Просто будь собой и будь с нами. Пожалуйста.

— Это «да»? — коварно улыбаюсь, подхватывая ее под бедра и разворачивая нас к подоконнику.

Она с визгом впивается ногтями мне в плечи, чтобы удержаться.

— Да? — сажаю ее на подоконник, встаю между ног, обнимаю ладонями лицо и дышу в губы. — Да, Рори?

— Да, если не будешь меня так называть, — подается вперед и мы улетаем в горячем, жадном поцелуе, пошло и без тормозов врезаясь языками друг в друга.

По позвоночнику несутся миллионы электрических разрядов. Мы тремся друг об друга, жадно прижимаясь, до боли впиваясь пальцами в кожу под одеждой и сметая к херам все, что там осталось в нашей голове.

Она сдергивает с меня футболку, проводит ногтями по лопаткам. Расстегивает ремень на брюках, пуговицу, ширинку, забирается прохладной ладонью в трусы, обхватывает член…

— Пап, — раздается сонное у меня за спиной.

— Черт! — трясу головой, медленно выдыхаю, пока Аврора, нервно хихикая, старается незаметно застегнуть мне штаны.

— Па-па, — хнычет Денис.

Разворачиваюсь. Поднимаю сына на руки. Он обнимает, прикладывает голову к плечу, и снова закрывает глазки, а в груди захлебывается мотор, выдавая рваное: «Бах… бах… бах…»

Эпилог

— Тихо, Мар, что ты делаешь? — смущенно смеется моя мечта, закатывая глаза от удовольствия.

Одной рукой вжимаю голую, влажную после душа девочку в свой пах, второй дергаю ее за торчащие сосочки.