— Зачем уехать? — растерянно.

— Здесь я не смогу… защитить тебя… нас… всех.

— От тех людей, что меня заказали?

— Мхм…

— Как ты мог подписаться убить женщину?

— Какую ещё женщину? — не вдумываясь в её слова, плаваю я в какой-то прострации.

Бредит, что ли… До меня доходит, что она голая лежит на кафельном полу… И «воспаление»… Что-то такое говорила она… Поднимаюсь словно в коматозе. Стараясь не смотреть ей в глаза, поднимаю её с пола, пересаживаю на диван. Укутав в плед, растираю дрожащие плечи. Мне даётся это всё с большим трудом. От факта, что её касался другой, меня отмораживает. Но… Притягиваю её за плечи к себе. Потому что она носит моего ребёнка. Потому что она моя жена. Потому что этот факт я менять не собираюсь. Я уже так далеко зашёл по этой дороге, что пути обратно давно нет. И я прижимаю её к себе, пытаясь дышать ровно.

Мне нужно что-то сказать ей, объяснить… Но я не могу. В моём горле ком размером с кулак, он мешает дышать и не даёт говорить.

Отстраняется, заглядывая мне в глаза. А я не хочу смотреть в ответ в её заплаканные. Я малодушно хочу проехать все эти ебучие темы — мой договор с Дамиром, этот выстрел и её измену. Этого уже никак не изменить. Пусть всё это аннигилирует друг друга и… мы пойдём дальше. И никогда не будем вспоминать об этом."

"Приношу ей тёплый спортивный костюм, бельё, закидываю в сумку пару тёплых вещей, среди них свитер, что я дарил. Молча одеваю её, как ребёнка. Застёгиваю замочек кофты до самого верха.

Перехватывает мои руки своими.

— Кто ты?

— Разве тебе не рассказали? — опускаю глаза.

— Рассказали… Отпусти меня, пожалуйста.

Отрицательно качаю головой.

— Я люблю тебя. Ты — меня. Если эти скоты не будут вмешиваться, мы всё наладим. Мы уедем и… у нас всё будет как раньше, Лер. Нет… Вру. Как раньше не будет. Я не тот «заяц», к которому ты привыкла. Но тебе придётся полюбить меня настоящего. Другого выхода у нас нет.

Присаживаюсь на колено, надеваю на неё носочки, кроссовки… Её туфли валяются там же, где и пули из моего ствола.

— А какой ты… настоящий?

— Так себе принц… — честно признаюсь я. — Но и ты, как оказалось, так себе принцесса… с топором.

— Почему ты не смотришь мне в глаза?

Поднимаю взгляд. Ноздри вздрагивают…

— Наверное, потому что ты только что меня убила. И я ещё не переварил этот факт.

А ещё потому, что ты позволила какому-то мудаку…

Задыхаюсь от накатывающих эмоций, тяжело сглатывая.

— Короче. Мне жаль… что я… не смог… уберечь тебя от этого всего.

Отворачиваюсь. Собираю пули, заряжаю ствол.

— Ствол больше не трогай. В этот раз выстрелит.

— А если я не хочу?.. — смотрит она, как я прячу пистолет за ремень. — Любить тебя настоящего.

— А чего хочешь? Обратно в постель к этому… — рывком отворачиваюсь, зажмуриваясь от этой мысли.