Впиваюсь в приоткрытые губы, тело само отыскивает нужный темп, моя принцесса уплывает вместе со мной… Закрываю глаза, растворяясь в ней… Хочу в ротик! Пиздец как хочу этот неиспорченный ротик залить спермой.

«На колени поставить — это пошло?» — пытаюсь включить я мозги.

Где, твою мать, границы?

Выбрав более канонический вариант, разворачиваю попочкой к себе, ставлю её ладони на стену, оттягивая за бёдра на себя, и снова вхожу. Отпускаю тело и, теряя контроль, загибаю её за шею чуть ниже. Мне кажется, второй раз она кончает именно от этого моего жеста. И меня сносит следом от её отзывчивости на такие мелочи!

В последнее мгновение выхожу, кончая всё-таки на попку. Массирую её, размазывая сперму. Хочется засунуть испачканные пальцы ей в рот, чтобы она попробовала меня. Это перебор для «нежнятины»? Блять… Папочка-то сам не обламывается, трахая, как желает, безотказную Риту, а дочку не отпустил в полноценное эротическое путешествие! Кайфоломщик.

Но ты же не будешь делиться с ним нашими маленькими секретами?..

— …Лерочка, — разворачиваю, не удержавшись, провожу пальцем по губам, проникая глубже в рот, и тут же целую. Мы вкусные с тобой, попробуй…

Возбуждение спадает. Я вожу по её спине ладонями, грея под душем. Она безвольно позволяет мне это, пряча лицо на моей шее. Молчит…

А я привык к дифирамбам, да. Мои тёлочки любят хвалить и комментировать секс. И даже не потому что я охуеть какой крутой любовник, а просто потому, что это в их стиле. Но точно не в её.

Я поторопился? И снова вспоминаю, что это «пиздец». В договоре прописаны другие вещи…

Чувствую, что напрягается. Её психоаналитик предупреждал, что такой типаж женщин, как она, неловко чувствует себя с мужчинами после близости. Почему? Она такая чудесная, что мне не хочется тормозить с этой близостью. Мне не хочется ехать домой.

— Ты согрелась? — шепчу я, целуя несколько раз в губы.

— Мхм…

Вытираю её единственным полотенцем. Молчит…

Я что-то сделал не так? Твою ж… Мне хочется вернуть её в то состояние открытости. И в каждый удачный момент касаюсь губами её плеч, шеи, спины, губ… Это достаточно нежно? Отмирай, детка! Я — хороший и очень-очень ласковый для тебя.

Оборачиваю в полотенце.

— Я принесу тебе сейчас сухое, — оживает она."

"Когда выхожу из душа с полотенцем на бёдрах, Лера готовит нам чай, суетясь у плиты спиной ко мне. Молча обнимаю её сзади, пряча нос во влажных волосах.

— Ты расстроена? — не выдержав молчания, разворачиваю её к себе.

Поднимает на меня свои огромные глаза, отрицательно и чуть испуганно качая головой.

— Всё хорошо?

Кивает.

Детка! Я же тебе не в голосовые связки членом тыкал! Ты чего меня так пугаешь?..

— Скажешь мне что-нибудь? — начинаю паниковать я.