И если не принять соответствующие меры, очень скоро он не только не сможет выйти на ковер, но и разучится передвигаться самостоятельно.

– Дэймос! – фыркнул тренер. – Старая сказочка.

– Предложите вашу версию происшедшего в том бою, – самым любезным из всех своих доброжелательных голосов поинтересовался Герард."

"– Паническая атака, – сухо ответил мужчина и сурово посмотрел на юношу. – Надо самому отвечать за свои промахи, а не искать оправдание. Так что мы не нуждаемся в вашей помощи. Прошу на выход. – Он широким жестом указал на дверь. – Или мне придется позвать охрану.

Я поднялся, задумчиво переводя взгляд с борца на его наставника. Мне уже не в первый раз приходилось сталкиваться с настойчивым нежеланием людей верить в эти самые «старые сказочки». И иногда упорство Пятиглава в отказе распространять информацию о дэймосах казалось мне ошибочным.

Мы вышли в коридор. Дверь за нашей спиной захлопнулась.

– Ну, хотя бы я не ушел с пустыми руками. – Герард хрустнул обломками стакана в кармане.

– Но вылечить ты его не сможешь. Только проследить основные линии ближайших событий.

– Этого достаточно. К тому же, Мэтт… – В некотором затруднении он потер лоб, подыскивая наиболее корректную формулировку. – Я не хотел подрывать твой авторитет в глазах общественности и спорить при клиентах, но я тоже не уверен, что это дэймос.

– Серьезно?

– Ты не представляешь, сколько Пятиглаву приходится разбирать сомнительных случаев, подобных этому, – душевно продолжил Герард, ускоряя шаг, чтобы не отстать от меня. – И все они оказываются пустышками. Ты слишком давно отошел от дел. Все изменилось. Кошмары больше не бегают по улицам и не ловят доверчивых подростков, не запрыгивают в первый попавшийся сон, не воруют расчески в отелях…

Оракул замолчал, потому что за спиной послышались торопливые шаги. Нас догнал охранник.

– Креон просил передать.

Он подал мне маленький неаккуратный сверток и удалился. Я развернул его – в программке, той самой, на которой я передавал свое послание борцу, лежала металлическая заклепка, судя по ошметкам материала вокруг нее – безжалостно выдранная из куртки. А под моим «я знаю…» было дописано крупным четким почерком: «Надеюсь, это подойдет».

Я подбросил блестящий кружок на ладони и сказал довольно:

– Ну, вот теперь и посмотрим, бегают ли кошмары по улицам.

Я успел на последний рейс «Нота» и вернулся в поселок уже глубокой ночью, уверенный, что Хэл видит десятый сон. Однако дом сиял всеми окнами, кроме одного на втором этаже. Лихорадочно и тревожно желтый свет пробивался сквозь черные ветви деревьев, падал широкими полосами на стволы.

Я дернул калитку, но она оказалась заперта. Поднял несколько камешков, прицелился и бросил в окно. Они тихо звякнули о стекло. Никакого ответа.