– Ты ведь в курсе, что должен приехать в центр на этой неделе?

Девушка выразительно покачала головой и отвернулась от нас.

– Ладно, осмотрюсь тут сама. А где Аякс? Хочу с ним поздороваться.

– В ванной. У него новая душевая система.

– Пойду посмотрю.

– Прямо по коридору. Вторая дверь, – откликнулся оракул.

Хэл убежала, набойки ее ботинок звонко простучали по мрамору.

– Что ты видел? – спросил я негромко, и Герард прекрасно понял, кто именно меня интересует.

Лицо оракула стало замкнутым, холодным, мрачным. В глазах полыхнул огонь древних провидцев.

– Очень высокий потенциал.

Очень сильная воля. Богатое воображение. Высокие амбиции. Азартна.

– Это я и так знаю. Какое у нее будущее?

– В самом ближайшем… – Герард сделал паузу и произнес глухо: – Убийство.

– Это невозможно. Ты ошибся. Как с тем борцом.

– Та ошибка была единственной в моей практике. Она убьет человека, Мэтт. Во сне. Легко, быстро, с удовольствием."

"– Это невозможно, – повторил я, прислоняясь спиной к холодной стене. – Иногда ее заносит, но она добрая, самоотверженная, ненавидит дэймосов.

– Мэтт! – прозвучал неподалеку приглушенный голос Хэл, полный восторга.

 – У него тут вода сама наливается до нужного уровня. И он в ней сидит. Потом вылезает и идет сушиться. Теплый воздух из стены бьет. Представляешь? Эй, Мэтт! Слышишь?

– Да, – отозвался я без всякого выражения. – Слышу.

– Я говорю, что видел. – Герард сложил руки на груди, и на его плечах вздулись мышцы, словно он взялся держать новую тяжесть, гораздо более внушительную, чем статуя из цельного куска мрамора.

– Кто жертва?

– Пока не определено.

Значит, может быть кто угодно. И у меня нет никаких зацепок.

– Я слежу за ней. Она спит только в связке со мной.

Я контролирую все ее сны. Но даже если она по ошибке или незнанию… Все можно изменить. Я уверен. Когда я переделывал себя, ты предупреждал меня о каждом неверном шаге, и я останавливался. Менял решения.

– Ты останавливался, Мэтт. Сам, – внушительно произнес Герард, глядя на меня с высоты своего роста, и в его взгляде проступало нечто весьма напоминающее участие и сожаление. – Она не знает, кто такая, чего ей надо избегать. А ты не забывай, когда… если она убьет – наказание понесешь ты.

– Помню.

Непреложный закон нашего мира.

Учитель несет полную ответственность и наказание за проступки ученика. Не важно, кто он, обычный человек или сновидящий.

– Ты сообщил в Пятиглав?

– Нет, – ответил он холодновато и уточнил: – Пока нет. Но рано или поздно мне придется это сделать.

– Послушай, Гер, я хочу, чтобы ты подумал над тем, как это можно исправить. Наверняка есть пути, нити судьбы, которые ты не заметил или не придал им значения.

– Хорошо. Я взгляну еще раз. – Он казался не слишком довольным, но готовым принять мое предложение.

– Спасибо.