Прямо от машины начинался обрыв, и тропинка сбегала вдоль края вниз, где на дне глубокой балки росли деревья и кто-то сейчас жег костер и мелькал лучом мощного фонаря.

Ночное зрение позволило ему спуститься не привлекая внимания, и внизу, на дне глубокого оврага, где была небольшая полянка и журчал ручеек, он увидел четырех мужчин, сидевших и лежавших вокруг костра, в свободных штанах, жилетках поверх рубашек и широкополых шляпах, с револьверами на боку и саблями, которые были сложены в пирамиду рукоятями вверх."

"Дама тоже была, правда одна, и распята в стоячем положении между двух деревьев, с уже частично порванной одеждой и набухающим под глазом огромным синяком. Разорванная одежда открывала весьма приятные глазу обводы и выпуклые технологические детали, которые присутствующие здесь, видимо, собирались употребить по прямому назначению.

Дама не сдавалась, изо всех сил дергая веревки, растянувшие руки и ноги в стороны, но с таким же успехом могла пытаться сдвинуть гору.

Судя по разговорам, мужчины сначала собирались хорошо поужинать, а заняться пленницей только после еды и выпивки, которая уже охлаждалась в ручье.

И если какие-то сомнения у Алексея были, то рассуждения о том, что они после сделают с пленницей, рассеялись все. Они еще что-то говорили, но подполковник уже двинулся вперед.

– Простите, – он вышел в свет костра и обратился к лежащим вокруг мужчинам, ожидавшим готовности еды. – Вы позволите, я вас перебью?

– Да ты кто?.. – Один из лежавших попытался вскочить, но «Расид» негромко чихнул сквозь глушитель, и того откинуло в сторону уже мертвым телом. Двое попытались откатиться в темноту, но добились лишь того, что умерли, замотавшись в одеяло.

Ну а последний так и помер, удивленно раскрыв глаза и чуть приоткрыв рот. Вероятно, мысль, посетившая его, была столь велика, что ей требовалось дополнительное пространство для выхода.

Алексей помог страдальцу, сделав ему еще одну дырочку между глаз, и, пройдя по участникам дискуссии, сделал контроль.

Веревка, которой была привязана девица, оказалась неожиданно прочной, и нож не с первого раза и со скрипом перерезал путы.

Освобожденная сразу рухнула на траву, попыталась встать, снова упала, пока Алексей не взял ее на руки и не отнес к костру, положив на свободное от тел место.

Трупы быстро осмотрел, вытащив все из карманов и освободив от оружия и патронов, свалил в ямку на краю поляны и, надорвав упаковку с таблетками, щедро сыпанул их в кучу мертвых тел.

И сразу же десятки, сотни, тысячи мелких огоньков забегали по трупам, осыпая их невесомой пылью. Таблетки были не чем иным, как одноразовым амулетом с магемой Улиа Гасс, с двойным огненным контуром.

«Цивилизация, однако», – Алексей довольно хмыкнул и пошел к костру.