Он никогда не любил Макси, не проявлял к ней теплых чувств в школе.

Так почему же женился?

Расчет тут отпадает – мать Макси происходила хоть и из дворянского, но не особо титулованного и богатого рода.

А ее отец считался городским сумасшедшим.

Когда-то он был торговцем, но его магазин пришел в полный упадок, и они с Максимилианой стали влачить нищенское существование.

Тогда зачем знатный, блестящий, богатый, уважаемый всем городом полковник Роуэн женился на Макси Видаль, которая совершенно ему не подходила?

Может, просто чтобы удовлетворить свою страсть к абьюзу?

– Я поговорю с доктором – пусть проверит тебя еще. Где-то он вместе со своим хваленым зеркалом явно ошибся, – проговорил Кайзер. – Пусть теперь исправляет.

– Поговори-поговори. Только вот какой нюанс – запросить следующую проверку ты можешь только через полгода.

От моего сообщения Кайзер поморщился.

И это он еще красную ниточку на моем запястье не видел – я вовремя прикрыла ее рукавом рубашки.

Козлина явно собирался зажить припеваючи вместе со своей Бладью, а тут такая незадача.

– Ты хочешь запереть в дурдоме совершенно здорового человека. Какая же ты скотина, Роуэн!

– В дурдоме тебя явно ждала жизнь намного радужнее семейной жизни со мной, – криво ухмыльнулся инквизитор. – Жаль, что ты этого не поняла. А это уже твоя ошибка, Максимилиана. Готовься за нее поплатиться…

– А, может быть, это тебе нужно приготовиться поплатиться за то, что ты такой конченый мудак?

Я посмотрела на него в упор.

А Кайзер склонил голову набок, вглядываясь в мои черты.

В каждую петельку моего комбинезона!

Я знала, кого он перед собой видит – куклу Чаки.

Но меня это ничуть не смущало.

Наоборот, внутри поднялось дикое, всепоглощающее желание макнуть козлину прямо в грязь всей его меркой, наглой и аристократической мордой.

Так паршиво выглядела ухмылка Кайзера.

– Похоже, ты перепила каких-то волшебных таблеток, и возомнила себя той, кем не являешься, – вальяжно проговорил он. – Что-то с тобой не так. Сходи-ка на кухню, приготовь пирог, постирай занавески, помой полы, или как там ты любишь успокаиваться?

Я откинулась в кресле, положив руки на подлокотники.

– Тогда давай обсудим начинку для пирога. Мышьяк или цианид? А, может быть, ты предпочтешь стрихнин, мой дорогой, мой обожаемый муж?

Услышав это, Кайзер засмеялся.

Обидно и так издевательски нагло.

– А, теперь понятно, не таблетки, – понимающе кивнул он. – Ты решила сменить пластинку, убогая, и попытаться меня развлечь. Не стоит. Тебе не идет. Смешно выглядит. Просто посмотри на себя в зеркало и оставь эти жалкие потуги хоть как-то меня заинтересовать. В этом деле ты даже в подметки не годишься Бладине.

Я задрала подбородок.

– Не смей сравнивать меня, аристократку, с этой дешевой плебейской путаной.