Ублюдок начал свое грязное дело. Надеюсь, ему нравится то, что он видит, потому что он еще не знает, что ждет его за убийство спецагента. Нутро обдает холодом и острой болью. Я сейчас действительно размышляю о своём уже почти свершившемся убийстве?"

"– Эрика, я вижу, что ты очнулась. У нас впереди много времени, чтобы узнать друг друга лучше, – обманчиво мягким голосом произносит Джадир. Он где-то близко, мне даже кажется, что я ощущаю его звериный запах, прорывающийся сквозь нотки приторного парфюма. Шаги совсем близко, снова звук затвора фотоаппарата. Пытаюсь пошевелить рукой, прикладывая максимум усилий, но мне удается лишь слегка сжать кончики пальцев.

Если бы в моих венах был яд, я бы испытывала боль? Или нет? Что, вообще, чувствуешь, когда тебе остаётся жить несколько минут, понимая, что не существует ни одного единого шанса на спасение. Один на один с сумасшедшим, серийным маньяком, который все уже решил и выбрал тебя по каким-то своим безумным критериям. Я чувствую, как закипают слезы в глазах. Мой страх ничто по сравнению с осознанием, что Алия пережила это. Моя красивая, весёлая, нежная Алия. Словно мало ей было горя и трагедий. В пятнадцать ее украли из родного дома и продали бедуинам, а те перепродали в «Шатры Махруса», где мы с ней и встретились. Мне повезло, и я всего несколько дней пробыла в аду. Меня и нескольких девушек отбили американские спецслужбы во время аукциона, но многих ублюдки успели спрятать, вывезти практически под пулями. Алия была в числе пропавших без вести. Только спустя пять лет Ильдар помог разыскать ее. Алию привезли в реабилитационный центр в ужасном состоянии, и мы вместе выхаживали мою подругу. Потом он дал ей работу, образование, будущее. Поэтому я отказывалась верить, что Ильдар способен на убийство. Однажды он спас меня, потом я стала свидетельницей спасения Алии.

И все-таки я не чувствую облегчения, понимая, что «Ядовитый любовник» не Ильдар Видад – я итак это знала. Джадира Мааба не было в списке подозреваемых. Полиция штата, ФСБ, ЦРУ – ни одна из работающих совместно служб не выявила причастности Джадира Мааба к делу «Ядовитого любовника». И пока власти пытались вычислить убийцу, он наблюдал и насмехался, чувствуя собственное всесилие и безнаказанность.

– Такая красивая, моя shaeir, – шумно вздыхает Мааб, приседая рядом со мной. Под его ногами скрипит песок. Мое воспалённое воображение сказывается на обонятельных рецепторах. Я улавливаю едкий запах серы, словно около меня находится демон, сбежавший из преисподней. И я недалека от истины в своих сравнениях. Я в руках Дьявола, и он может сделать со мной все, что угодно.

Мааб прикасается к моей ладони, но это ощущение почти незаметно, словно лёгкое дуновение ветра.