Мы ждем утра.

На языке крутилось, что раз его брат пропал месяц назад, то пара часов ничего не изменит. Если он вообще жив, этот Льюис. Но именно из-за последнего я и смолчала.

– Мы ложимся спать и спим, – я кивнула на вторую кровать. – И больше никаких ночных прогулок в одиночестве! Если тебе неймется и позарез надо позапускать поисковики, бери меня с собой.

Эдриан прислонился к двери и прикрыл глаза. Ему очень хотелось полететь, сорваться в ночь, несмотря ни на какие доводы. Возможно, найди он ниточку с Морисом, та выведет его к брату. Интересно, смогла бы я остаться в подобной ситуации? Но этого я никогда не узнаю.

Мне не о ком волноваться.

– Хорошо, – медленно произнес он, делая над собой неимоверное усилие. – Мы полетим с пробуждением Матушки.

Куртку Эдриан снял рывком и швырнул ее на стул, ботинки тоже не аккуратно поставил, а просто стянул мысками за пятку и оставил как есть. А затем, не раздеваясь, рухнул на кровать.

Я не умела утешать и успокаивать, так что последовала его примеру и легла в свою кровать прямо на покрывало. Чувствую, завтра будет сложный и нервный день.

10. Поиски нитей

Я лежала с закрытыми глазами, но сон все не шел.

В голове вновь и вновь прокручивались слова Стеллы, что пропал Морис. И если до этого все новости об исчезновении курьеров выглядели не более чем страшной байкой, то теперь они коснулись и нашей команды.

Это пугало. Сильнее пугал только вопрос: кто следующий? Вряд ли мы или близнецы, с двумя курьерами справиться сложнее, если улетит хотя бы один, велик риск раскрыться. У полуэльфов слишком специфичная и непредсказуемая магия. Как и у Стеллы с ее наследственным ведьмовством.

Только бы с Виро все было хорошо…

Не удержалась и кинула другу сообщение с вопросом: «Ты как?» А потом улыбнулась, видимо, теперь я тоже сплю в браслете. И кстати, неудивительно, что Эдриан свой не снимал и постоянно проверял. Как все, оказывается, просто объясняется.

– Расскажи мне о брате, – попросила я, слыша, что напарник тоже ворочается на соседней кровати. – Как получилось, что вы с ним оказались в разных странах?

– У нас разные отцы, – признался Эдриан. – Льюис – ребенок от первого брака, оказавшегося не слишком удачным и быстро распавшегося.

Мама повторно вышла замуж и уехала с моим отцом в Ровену, Льюис остался со своим отцом, приняв отъезд матери как предательство. А мое появление на свет – как главное доказательство того, что наша мама его никогда не любила.

– В детстве вы не ладили, да? – Чувства Льюиса мне были близки и понятны."

"– Поначалу Льюис меня люто ненавидел во время наших с мамой приездов в Вилар к бабушке и деду, куда отец по договоренности привозил и его, – усмехнулся воспоминаниям парень.