В груди жгло. Я шагнул в

сторону парковки, нужно ехать к дочке.

Ева

Ник не звонил, значит, сдвигов в состоянии Ляли нет. С самого утра я не находила

себе места. Отвезла Таську в сад, чтобы дочка играла с ребятами. Сама просто

слонялась из комнаты в комнату. Как же хочется, чтобы Ник наплевал, позвал меня

к себе. Хоть я и понимаю, он не хочет беспокоить меня, заразить Таську. Однако

сердце все равно рвется к нему и Ляле.

Я понимала—сейчас я вряд ли как-то помогу этой семье. За малышкой

присматривает мать Никиты и медсестры. А мне стоит подумать о себе, тем более,

старая проблема вновь начала проникать в мою жизнь.

Я ничего не подозревала,

когда после ночи с Ледянским отправилась за Таськой. Но бабушка почти сразу

огорошила меня новостями.

-Ко мне заезжал твой бывший муж,-сообщила родственница.

Я так и ахнула.

-И ты пустила его? Бабушка! Славка может выкрасть Тасю!

Пожилая женщина повела губами.

- Тася еще была с дочкой моей подруги в торговом центре, я забыла лекарство, и

меня завезли домой. Но с чего ты взяла, Ева‘? Возможно, парень просто хочет

видетьсясдочерью. Я думаю, это будет полезней, чем россказни про «снежного

короля».

Почему малышка бредит сказочным персонажем?

Из моей груди вырвался глубокий выдох.

-Тася называет так Ледянского. Мы вместе, бабушка.

Евгения Ивановна вскочила со старенького плюшевого диванчика. Руки старушки

затряслись, я даже пожалела о своем порыве. Не нужно было заявлять о связи с

Никитой в лоб, но я просто очень разнервничалась.

-Ты развела их с Есенией’?! Зачем, Ева‘?! Ты понимаешь, что это не твой ребенок.

Я нахмурилась. Стало очень обидно от слов бабули. Она так говорит, словно я

придумала коварный план и разбила крепкую семью.

Да и причем тут вообще

Лялька? Но перепираться не было никаких сил.

-Они расстались сами,-только лишь сказала я,-а Оленьке я желаю только всего

самого лучшего...

Но бабушка не сдавалась.

-И поэтому оставила ее без родной матери? Или она будет жить с Есенией’? Ты

хочешь для нее участи Таськи? Быть безотцовщиной‘?

Я опустила голову, в глазах копились слезы. Боялась, как бы дочка в соседней

комнате не проснулась и не услышала наш разговор.

- Ник никогда не оставит малышку, - прошептала я, - а я просто... его люблю.

Из глаз все же капнули горячие капли.

Я пыталась сделать вдох, но задыхалась от

обиды. Бабушка же всплеснула руками.

- Ева, я не узнаю тебя! Ты всегда была такой разумной! Я голову на отсечение

готова была дать, что ты не полезешь в ту семью. Берись за ум, наладь отношения

со Славой. Он повзрослел, многое понял...

- Он понял, что у меня теперь есть своя жилплощадь!—не выдержала я.—И сразу

вспомнил о дочери. Я тоже не понимаю, почему ты не на моей стороне!

Бабуля молчала. Я стерла влагу с лица рукавом и принялась собирать полусонную

дочку.