Я ощутил, как сжались мои челюсти.

- Выбирайте слова, - попросил я,-Ева всего лишь показала мне, что больше я не

могу терпеть. Хотя, вполне возможно, меня бы и так надолго не хватило. Я не хочу

как-то очернять вашу дочь. Но все это — закономерный итог ее поведения. Да и

моего тоже. Говорить не о чем, мне нужно к Оле.

Я обогнул гостя и направился к лестнице.

- Есения в клинике!-злобно крикнул мне вслед Павел.

Новость заставила меня резко повернуться.

-Чтосней?

«Тесть» прищурился.

- ЕЙ стало плохо. Что-то похожее на нервный срыв.

- Где она?! Я поеду...

Но Цветков не дослушал мою встревоженную речь.

- Она в нашей семейной больнице. Поговорив с тобой, я понял—тебе к ней нельзя.

По крайней мере, пока ты не придешь в себя. Я все же надеюсь, ты наиграешься, и

разум победит. Вы отличная пара, у вас прекрасная малышка. Ты ведь не хочешь

видеть ее только по выходным?

Глава 17(2)

-Ляля в любом случае останется со мной!—теперь перебил я.

Павел приподнял брови.

- Девочка должна жить с матерью. Какое воспитание даст ей дама не нашего круга?

Лично я не хочу такой участи для внучки. Поэтому думай, сынок.

-Оля будет жить со мной.

Я уже окончательно намерился подняться в детскую. Павел, наконец, зашагал к

дверям.

Перед комнатой дочери я задержался, заглянул в бывшую спальню Евы и Таськи.

Как же хочется, чтобы любимая сейчас оказалась рядом! Даже молчаливая ее

поддержка возрождала меня к жизни. В душе царил полный раздрай, казалось,

недавний романтический вечер и страстная ночь произошли не со мной. Я ощущал

вину за болезнь Есении. Вместе с тем, не мог отделаться от чувства-что-то в этой

истории не так. Уж очень подозрительной казалась тревога Цветкова о внучке.

конечно, всячески выказывал радость от ее рождения, справлялся о ней по

телефону. Но физически ни он, ни другая бабушка к Ляльке не тянулись. Никогда не

просили привезти ее, сами не частили в гости.

Из детской вышла няня, заглянула ко мне и прервала размышления.

- Никита Семенович, - негромко позвала она,-можно я ненадолго прилягу‘?

Всегда крепкая и бодрая женщина выглядела помятой. Алевтине не было и

тридцати пяти, а сейчас можно было дать все сорок. Мне стало совестно.

- Да, конечно, Аля. Я как раз шел сюда, чтобы тебя подменить.

круглолицая блондинка устало улыбнулась.

- Ляля только что уснула. Кое-как успокоилась! Все плакала, вздрагивала.

Я лишь кивал. А что я мог сказать‘? Потом вспомнил.

- Ева... Женщина, которая была на твоем месте в праздники, хотела обговорить

некоторые моменты режима Ляльки. У нее большой опыт. Возможно, так тебе будет

легче.

- Мм... С удовольствием! — пожала плечами Алевтина.

Я набрал номер Евы. Сердце глухо билось в такт гудкам, наконец, родной нежный

голос ответил.

- Алло.

-Как ты там’?-Я не стал смущаться няни.