- О том, что я полюбил другую женщину. Что я люблю тебя, Ева.

Я не понимала, горю я или мерзну. Обняла себя руками. Он продолжал.

- Наши отношения с Есей все равно скоро бы закончились. Перед рождением

Ляльки я думал, у нас просто легкий кризис. Нужен новый этап, новая точка. Штамп

в паспорте для меня не имел какого-то значения, и мы бы его обязательно

поставили, как только я утряс дела с кредитами по бизнесу. Другое дело—

ребенок... Я сделал всё, чтобы мы стали родителями. И пока я жив, я не пожалею

об этом. Но рождение Ляльки вскрыло весь нарыв нашего союза. И начинка

оказалась неприглядной.

- А если бы ты не встретил меня снова?—осторожно спросила я.

Никита тряхнул головой.

- Вполне возможно, я бы поддерживал видимость семьи ради Ляльки. Хотя... как

знать? История не терпит сослагательного наклонения.

Мне очень хотелось спросить-и что же теперь‘? Но язык не поворачивался. И я до

конца не могла осознать его слова.

- Снежный король!

Таська появилась в дверях, и лицо Никиты сразу озарила улыбка. Какой он все же

добрый человек. И как достоин счастья. А на деле у него сплошные трудности, мое

сердце щемило сочувствие.

- Степку я уже отвез в сад, а у тебя сегодня выходной, - объявил мужчина мелкой,-

давай-ка, садись завтракать. Я привез твои любимые шоколадные хлопья.

Тася принялась забираться на стул.

-Ник, мне очень неудобно перед твоей мамой. Если бы я могла как-то

компенсировать‘?.. Все же ситуация произошла из-за меня.

Никита подарил мне быстрый взгляд.

- И думать забудь.

В моих глазах, наверное, отразился весь коктейль чувств—неверие, потаенное

счастье и страх перед будущим. Ник взял меня за локоть, вывел в коридор.

-Мне сейчас нужно решать много вопросов с Есей,-сказал он,-в частности они

касаются и нашей дочери.

Его дыхание сорвалось, он аккуратно взял в ладони мою руку.

-Ты позволь мне заботиться о себе. Я люблю тебя,-он повторил признание и в

очередной раз пообещал,-и не оставлю.

Я всматривалась в идеальные черты мужского лица. Взгляд остановился на губах.

Как бы хотелось не на словах ощутить его любовь и страсть. Но я понимала,

накинься он на меня сейчас, это был бы не мой Никита. И дело даже не в Таське, а

в том, что на его душе сейчас безумно тяжело из-за разлетевшейся в щепки семьи.

Очага, который он хотел создать для своей маленькой дочери. Я не выдержала и

нежно прикоснулась губами к уголку его губ.

- Я тоже люблю тебя, Ледянский, - в первый раз я назвала его по фамилии,-верю в

тебя и конечно разрешу быть рядом. Больше всего на свете этого хочу. И как никто

понимаю тебя. Я сама когда-то ушла от мужасего дочкой на руках.

Никита порывисто выдохнул, оглядел мое лицо. Ладони его резко скользнули к

моей талии. Горячие губы впились в мой рот.

Сильный, жадный, отчаянный поцелуй.