Я ослабил хватку на ее сестре, которая бросилась к Арии, будто дьявол следовал за ней по пятам. Неужели эти девушки никогда не встречали других мужчин? Скудери, вероятно, держал их в золотой клетке, что меня вполне устраивало.

— Это Лука Витиелло! — рыжая выпалила и фактически сморщила свой гребаный нос на меня.

Я не привык к такой грубости. Люди знали, что лучше не проявлять неуважение ко мне. Но только не отпрыски Скудери.

Раздалось шипение, и мальчик устремившись в мою сторону, напал на меня.

— Оставь Арию! Ты не получишь ее!

Чезаре сделал движение, чтобы вмешаться, как будто мне нужна была помощь против карлика.

— Нет, Чезаре. — я уставился на мальчика. Его пыл был почти восхитителен, если бы не был таким тщетным. Я схватил его за руки.

Ария подкралась ко мне, словно боялась, что я сверну шею ее брату, а потом и ей самой.

Блядь, что ее семья рассказала обо мне? Они должны были солгать. Я знал о своей репутации, и я чертовски гордился этим, но Арии не нужно было знать об этом — пока.

— Какой теплый прием мы получили. Вот оно, пресловутое гостеприимство Наряда, — сказал Маттео, как обычно позволяя своему болтливому языку говорить что попало.

— Маттео, — предупредил я, прежде чем он продолжил. Это дети, даже моя будущая жена, и им не нужно было слышать его красочный словарь.

Карлик извивался в моих руках, огрызаясь и рыча, как дикая собака.

— Фабиано, — сказала Ария, ее глаза метнулись ко мне на миллисекунду, прежде чем она схватила брата за руку. — Достаточно. Мы не так относимся к гостям.

Несмотря на свою хрупкую внешность, Ария, казалось, имела некоторую власть над своими братьями и сестрами. Ее брат перестал сопротивляться и посмотрел на нее так, словно она была центром его мира.

— Он не гость. Он хочет украсть тебя, Ария.

Извини, дружище, но эта чертова договоренность не была моей идеей. И все же я должен был признать, что, увидев Арию, я ни за что на свете не позволил бы ей выскользнуть из моих рук. Теперь она была моей.

Я смотрел на нее, когда она улыбнулась своему брату с такой добротой, ошеломив меня. Маттео усмехнулся.

— Все слишком хорошо. Я рад, что отец убедил меня приехать.

— Приказал тебе, — наш отец никогда никого не пытался убедить.

Он приказывал, подкупал или шантажировал.

Арии было трудно встретиться со мной взглядом; она была явно смущена моим вниманием. На ее щеках появился густой румянец.

Я отпустил ее брата, и она прижала его к своему телу, защищая. Она была так застенчива и напугана, что я подумал, осмелится ли она противостоять мне, если я действительно сделаю шаг к ее брату. Не то чтобы я когда-нибудь так поступлю. Нет чести нападать на детей и девушек.

— Прошу прощения. — слабо сказала Ария. — Мой брат не хотел проявить неуважение.

— Я хотел! — закричал мальчик.