— Ария, забудь о соглашении. Почему бы тебе не попытаться расслабиться и насладиться этим? — я поднял ее лицо, чтобы она посмотрела на меня.

Ария нервно облизнула губы.

— Обещай, что ты не заставишь меня делать что-то, чего я не хочу делать. — прошептала она, затем продолжила еще более мягким голосом, снова опустив взгляд. — Обещай мне, что ты не сделаешь мне больно.

На секунду я не знал, что сказать. Я думал, что эти последние несколько дней показали Арии, что я стараюсь быть добрым к ней — настолько хорошим, насколько может такой человек, как я. Может, в этом и была проблема.

Ария знала, что я за человек, и ждала, когда я открою ей свою истинную природу. Возможно, у нее были причины быть осторожной. Может, эта сторона меня обречена на провал. Может, я был монстром, пытающимся быть кем-то больше. Есть ли нежная сторона во мне, или только то, что я навязал себе?

— Почему я должен делать тебе больно? — сказал я тихо, держа свои мысли при себе. — Я же сказал тебе, что не буду спать с тобой, если ты сама меня не захочешь.

Глаза Арии расширились в тревоге.

— Значит, ты причинишь мне боль, когда мы будем спать вместе?

Ее невинный шок почти заставил меня рассмеяться.

— Нет, нарочно нет, но я не думаю, что есть какой-то другой способ для этого. — пробормотал я, целуя мягкую кожу под ее ухом. — Но сегодня я хочу заставить тебя извиваться от удовольствия. Доверься мне.

Я хотел ее доверия не потому, что она давала его свободно, а потому, что я заслужил его. Я хотел его заслужить.

Отбросив эти мысли в сторону, я провел языком по ее пульсирующей точке и вдохнул сладкий аромат Арии. Моя хватка на ней усилилась, когда я посасывал ее кожу. Она чувствовалась и была на вкус такой потрясающей, и мое тело реагировало на ее близость.

Я проложил путь своими поцелуями, пока не достиг сладкого рта Арии, который требовал жесткого поцелуя, когда прижал свою эрекцию к ее заднице. Черт, я хотел, чтобы мы были голыми.

Ария отстранилась, и я застонал от разочарования. Я хотел раствориться в ее вкусе.

— Мы можем немного поговорить? — тихо спросила она.

Пытаясь скрыть свое нетерпение, я откинулся на спинку.

— О чем ты хочешь поговорить?

Мои руки были сами по себе, поглаживая обнаженную спину и талию Арии, затем ниже к ее бикини.

У нее перехватило дыхание, когда мои пальцы скользнули по ее попке.

— Что случилось с твоей матерью? — спросила она, совершенно застигнув меня врасплох.

Мои руки замерли, а грудь сжалась в тугой комок.

— Она умерла. — отрезал я. Я отвернулся от сострадательного лица Арии, раздражённый тем, что она подняла что-то подобное. — Это не то, о чем бы мне хотелось говорить сегодня вечером.

Я вообще не хотел говорить о ней. Она была чертовым прошлым. Ее смерть достаточно испортила мое прошлое, но не испортит мое будущее.