Вздох застрял в горле, я не отводила взгляда от хищного лица, уже почти не похожего на человеческое… но по-прежнему притягательное, даже с этой потемневшей кожей, черными губами и горевшими красным глазами. И клыками, да… Мой зачарованный взгляд скользнул по мощной шее, бугрившимся на руках мышцам, перевитым венами… Наверное, со мной что-то не то, потому что зрелище не испугало, а закрывать глаза больше не хотелось. Хотелось смотреть, смотреть, прикасаться, чувствовать его пальцы с длинными когтями на своем теле, чувствовать… чувствовать ЕГО внутри, в себе… «Я сошла с ума…» – мелькнула отстраненная мысль. Может, потому что происходящее казалось слишком далеким от реальности, и сознание переключилось на резервный канал, на механизм защиты? Но я прекрасно понимала все, что со мной происходит, ощущала жар в теле, голодное томление внизу живота и как сжимаются мышцы в предвкушении! Руслан рывком высоко поднял мои ноги, не сводя пристального взгляда, раздвоенный язык облизал черные губы.

– Больно будет, – на удивление внятно произнес он буднично и, не дав осознать до конца свои слова, сделал резкое движение вперед.

Между ног вспыхнула боль, я не удержалась и вскрикнула, руки метнулись оттолкнуть – желание приутихло, я боялась пошевелиться, а боль обжигала, разрасталась. Отметила, что по лицу скатились слезинки. Руслан же поймал мои руки и крепко прижал запястья к столу. Сам наклонился низко-низко, обдавая горячим дыханием, раздвоенный язык прошелся по моим пересохшим губам.

– Тер-р-рпи, – прорычал он и плавно подался вперед, проникая еще глубже, усиливая боль.

Я забилась в его руках, слезы потекли уже ручьем, и происходящее не казалось сказкой… Руслан не обращал никакого внимания на мои жалкие попытки, продолжая размеренно двигаться, и темп постепенно ускорялся, а боль перешла в жжение, и… вернулся жар, вернулось томление, тело податливо изгибалось, желая быть ближе, а ноги бесстыдно обняли Руслана. Мои всхлипы перешли в короткие стоны, внутри медленно нарастало напряжение и непонятный восторг, от которого дышать становилось все труднее. Хриплое дыхание Руслана раздавалось около самого уха, и я почему-то улыбалась, чувствуя, как тяжело и неровно бьется его сердце. Движения стали резче, сильнее, и, несмотря на остатки неприятных ощущений – все же тело не привыкло, мне нравилось с каждой секундой все больше.

– Да… еще… еще!.. – сорвался с губ лихорадочный шепот, я скрестила лодыжки, прижавшись как можно крепче.

Руслан вдруг замер. Я тоже, внезапно испугавшись, что сделала что-то не то. Дрожь накатывала волнами, мне было невыносимо жарко, низ живота стянуло от напряжения, а он молчал и не двигался.

– Не боиш-ш-шься?..