А самое жуткое то, что… при всей своей ненормальности это лицо не потеряло привлекательности, и мой страх от того, что передо мной явно не человек, не помешал телу… откликаться на настойчивые поглаживания груди. Его пальцы уже, оказывается, стянули кружево, высвободив полушария, и играли с сосками, лаская круговыми движениями, перекатывая между подушечками, вызывая болезненно-приятные острые вспышки удовольствия.

– В-вы-ы-ы… – вырвалось у меня сипло, я не могла оторвать взгляда от красных огоньков в угольно-черной тьме его глаз.

– Ариш-ш-ша, – оборвал Руслан предупреждающе, его руки метнулись вниз, и…

Я услышала треск ткани – кажется, расстегнуть замочек на юбке у него не хватило терпения, а у меня очередной ком подкатил к горлу, смесь ужаса и непонятного волнения окатила волной колких мурашек до самых пяток.

– Я с-с-сказал, глаза закрой! – отрывисто скомандовал Руслан, и я послушно снова зажмурилась, стараясь не думать, не думать, кто он такой.

И почему так странно реагирую, почему, вместо того чтобы заледенеть от страха, забиться в истерике, сопротивляться, стою и… Ко рту снова прижались его губы, настойчивые, властные, жадные. Краем сознания я отметила, что юбку с меня попросту сдернули, попутно слегка оцарапав живот – чем, я предпочитала не задумываться. Ведь если есть раздвоенный язык, сейчас со знанием дела ласкавший мой рот, клыки, то… Черт. Возможно, вместо ногтей…

И снова меня отвлекли горячие прикосновения ладоней и пальцев, уверенные, такие же настойчивые, как губы. Снова тихий треск, и лямки на бюстике приказали долго жить, эта деталь нижнего белья присоединилась к юбке, пальто и свитеру. Контраст прохладного воздуха и ненормально горячего Руслана рождал странные ощущения, меня охватила мелкая дрожь. Голова стала вдруг легкой-легкой, и все пугающие непонятности этого вечера и хозяина дома, стремительно соблазняющего меня, стали казаться незначительными и не стоящими внимания.

Я прислонилась затылком к двери, часто дыша – Руслан отстранился, оставив в покое мои горящие губы, которые покалывали сотни иголочек. Его язык провел вдоль моей шеи, пощекотал за ухом, ладони сжали грудь, довольно сильно, и… и я поняла, что меня оцарапало. В кожу ощутимо уперлись кончики… наверное, когтей. Я тихо всхлипнула, зажмурившись сильнее, перед глазами замелькали золотистые звездочки. Все происходило в полной тишине, только слышалось тяжелое дыхание Руслана да потрескивание огня в камине.

А потом… потом я ощутила, как вокруг ставшего очень чувствительным соска сомкнулись его губы, резко втянули, и острые зубы прикусили. Сильно, на грани боли, но… меня совершенно неожиданно пронзил разряд удовольствия.