Воля его меча почти перешла все границы.

Янь Чжэнмин попытался успокоить свой клинок, и бушевавший вокруг них ветер действительно начал стихать. Некоторое время спустя он почти полностью исчез.

Янь Чжэнмин опустил голову и поудобнее перехватил Чэн Цяня.

— Большое спасибо... Мой младший брат сейчас не в лучшем состоянии. А я порой бываю слишком вспыльчивым, — тихо сказал юноша.

Отголоски далекой мелодии становились все тише и тише. Наконец, она закончилась, и голос снова произнес:

— Это жалкое заклинание. От него легко избавиться. Не стоит так сильно беспокоиться.

Янь Чжэнмин осторожно коснулся пальцами лица Чэн Цяня и с тревогой посмотрел на юношу. Вдруг он заметил, что темная энергия, клубившаяся между бровей Чэн Цяня и странная отметина в форме уха исчезли. Сейчас в облике его брата не было ничего необычного, за исключением того, что его тело становилось все горячее и горячее.

— Странно, — произнес Янь Чжэнмин, — это не похоже на «душу художника».

Юноша немного поколебался и тихо спросил:

— Вам, случаем, не известно, что это за заклинание?"

"— Оно называется «Весны и осени»​​​​​​​2. Но вы, заклинатели, кажется, зовете его «душа художника». Весьма впечатляюще. Но на самом деле это всего лишь дешевый трюк, не стоит уделять ему так много внимания, — сказал голос.

​​​​​​​2 春秋 (chūnqiū) — весна и осень (обр. в знач.: четыре времени года, круглый год. Так же «Чуньцю», «Вёсны и осени» это приписываемая Конфуцию летопись княжества Лу, пятая книга конфуцианского «Пятикнижия»).

Янь Чжэнмин удивленно вскинул бровь. Что значит «вы, заклинатели»?

— Осмелюсь спросить достопочтенного... — начал было Янь Чжэнмин.

— Я не «достопочтенный», — неопределенно ответил ему голос. Похоже, его владелец не привык к вежливым обращениям. Голос казался немного грубоватым, — я здесь лишь для того, чтобы составить компанию растущему в этих краях лотосу. Я обычный цветочный дух.

Когда голос стих, прямо перед Янь Чжэнмином мелькнула серая тень. Сложно было понять, мужчина то был или женщина, старый или молодой. Тень напоминала неприметного мотылька, случайно залетевшего в тайное царство горы Дасюэшань, в поисках золотого света. Если бы она сама не обратила на себя внимание, ее так никто бы и не заметил.

Янь Чжэнмин слегка прищурился. Он не знал, что цветочный дух намеревался делать с двумя незваными гостями.

Но дух, похоже, угадал его мысли и поспешно произнес:

— Тебе не о чем беспокоиться. Я защищаю вас лишь потому, что мне приказал золотой лотос.

Янь Чжэнмин был ошеломлен. Хотя он и гордился своей красотой и изяществом, но он был не настолько самовлюбленным, чтобы сравнивать себя с цветами.