И еще наставительно добавила, что воровкам никогда не видать личного счастья с порядочными молодыми людьми.

— Но ты не брала у нее этого кошелька?

— Никогда! В жизни не зарилась на чужое. Ты же меня знаешь!

— Знаю.

— Да я могла купить себе десяток таких кошельков! Зачем мне было воровать его у Ирины? Ты же знаешь, папа с мамой не стесняют меня в средствах. И бабушка всегда подбрасывает мне денежек. Да и дед… когда он был жив, то обязательно дарил мне крупные суммы на все праздники. Почти все они так и остались у меня нетронутыми. А тот кошелек стоил от силы две, ну, три тысячи рублей. И это была дорогая вещь в первую очередь для самой Ирины. Она не выглядела хорошо обеспеченной девушкой. И я долго не решалась принять этот ее подарок. Сдалась лишь после долгих ее уговоров.

— Значит, ты знала Ирину? — повторил Леня. — Но ты и глазом не моргнула, когда она появилась в нашем доме и я представил ее вам как свою невесту.

— Знаю, — опустила голову Лариса. — И только я одна знаю, чего мне стоило сохранить лицо и не вцепиться этой мерзавке в волосы!

Леня немного помолчал, а потом печально произнес:

— Лара, мне очень жаль, что тебе пришлось перенести по вине Ирины. Но пойми, если узнал я, может узнать и следователь.

— А мне все равно! Пусть узнает! Я Ирину не убивала!

— Но ты была рядом.

— Да! Стирала ее платье! Ради тебя, дурак, я пошла бы и не на такое унижение. Ты же мой любимый брат. И если ты наконец-то нашел себе девушку, то я должна была сделать все от меня зависящее, чтобы ты был с ней счастлив.

— Очень трогательно. Но, Лара, следователь обязательно заподозрит тебя в убийстве Ирины.

— Не заподозрит.

— Ты была рядом. А из ванной есть дверь в твою комнату.

— Не заподозрит меня следователь, — угрюмо повторила Лара.

— Нет? Но почему ты так в этом уверена?

— Потому что был еще один человек, который ненавидел Ирину сильнее, чем я.

— И кто же он?

— Наша мама!

Лара выпалила это с такой яростью в голосе, что Леня невольно отшатнулся от сестры. Это искаженное ненавистью лицо было ему незнакомо. Неужели его сестра превратилась в чудовище? В жестокую убийцу? Но как такое возможно? И что она такое говорит про Стефаниду Альбертовну? Мама тоже знала Ирину?

— А что наша мама? — пробормотал Леня. — Что с ней? За что маме ненавидеть ее?

— За что? Да за то, что Ирина была любовницей нашего папы!

Такого удара Леня не ожидал. У него даже в глазах потемнело.

— Этого не может быть!

— Может!

— Откуда ты знаешь?

— Знаю! Я их видела вместе.

— Вместе? Где? На улице?

— Да. На улице.

— Но это же еще ничего не значит! Мало ли где они могли познакомиться.

Но, говоря это, Леня понимал, что ситуация становится все более и более странной.