— Ваша фамилия, имя, отчество, год рождения…

Отвечая на вопросы, я напряженно ожидала какого-нибудь подвоха. В фильмах и книгах о таком часто рассказывают — в ходе допроса человек расслабляется, думает, что его ни в чем не подозревают и что все самое неприятное уже позади. А следователь в этот момент раз — и говорит о какой-нибудь неопровержимой улике или свидетеле, который все видел.

— С моих слов записано верно. Мною прочитано. И ваша подпись. — Дмитрий протянул мне папку с протоколом и ручку. — На каждой странице надо написать эти предложения и оставить автограф.

— Что, и все? — недоверчиво поинтересовалась я, глядя в умопомрачительные, как у Джорджа Клуни, глаза стража порядка. — И я могу быть свободна?

— Да. То есть нет. Видите ли…

Вижу. Я все вижу: парень чуть краснеет. Наверное, передо мной стоит не самый последний мерзавец, и ему стыдно так вероломно поступать с женщиной. Но, как говорится, это его работа; кто на кого учился. Теперь он должен сообщить, что я задержана, мне предъявляется обвинение в убийстве и самое время подумать об адвокате…

— Наталия Витальевна… Наташа… Может, вы… согласитесь поужинать со мной сегодня?

Я прислонилась к стене.

Слишком много событий для одного дня: перемещающийся труп, красивый следователь… Даже странно, что он обратил на меня внимание. Когда-то я была очень хорошенькой, но вечные заботы и предательство никого не украшают. Что ж, приятно удивлена, польщена: оказывается, могу нравиться таким красавцам. А впрочем, наверное, многие женщины себя недооценивают. Мы зацикливаемся на какой-нибудь ерунде: морщинке на лбу, паре лишних килограммов, не самой дорогой и стильной одежде.

А парни на это и внимания не обращают! Надо просто быть увереннее, стремиться к своей цели.

Думать о том, что хочешь получить, а не о том, что этому мешает. И тогда все будет хорошо…

— Наташа, как вы себя чувствуете? Может, вы присядете?

Бывший тоже заботливым притворялся, — не без удовольствия я смотрела на красивое напряженное лицо следователя. Он явно волнуется в ожидании ответа. Что ж, помучаю его, отыграюсь за девушек, которых он наверняка бросал без всякого сожаления. Если бы не труп, я бы, конечно, не согласилась с ним встретиться. Но вдруг он мне расскажет о том, как продвигается расследование? Наглая тварь — дама опасная, а я слабее, и я одна…

— Спасибо за приглашение.

С удовольствием его принимаю. — Улыбка, подозреваю, у меня вышла резиново-неискренняя. — Как это все неожиданно!

Он просиял, словно мальчишка, получивший вожделенный футбольный мяч. И, кажется, начисто забыв от счастья о моем существовании, выбежал из квартиры, стал разговаривать с каким-то мужчиной, стаскивающим резиновые перчатки.

Закрыв за следователем дверь, я бросилась в зал.