На сцене позволялась любая глупость, и именно это обстоятельство натолкнуло меня на мысль, что многие безумцы прячутся в театральных вузах и выдают своё сумасшествие за талант.

На сцене я жила, дышала полной грудью, плакала и смеялась по-настоящему, от души, но стоило только покинуть репетиционный зал, как замыкалась в себе, становилась угрюмой, и со стороны казалось, словно я вечно сердитая и чем-то недовольная. Сокурсники уважали меня за талант, но остерегались. И никто не знал, что моя мама лежит в психиатрической лечебнице...

На третьем курсе со мной случилось ещё одно недоразумение. Я влюбилась. Новый парень, откуда взялся - неясно, вокруг него витал ореол таинственности, который привлекал и очаровывал окружающих, обратил на меня внимание. Внешне юноша действительно хорош, и, видимо, поэтому все плевали на таинственность.

Не знаю, как так вышло, но мы начали встречаться. Эти странные отношения продлились год, и всё это время меня не покидало ощущение нереальности происходящего. Я словно угодила в липкую паутину. Не скажу, что Серёжа был мне неприятен или груб, или вёл себя странно, но грызущее чувство смутной тревоги заставило разорвать с ним отношения.

С этого всё и началось. С конца моей любви...

Тем же вечером к нам в квартиру, с которой я попросту ещё не успела съехать, - а снимал её Сергей, - вломилась его многоуважаемая маман, которую я видела раза два или три, и то мельком.

В этот день я имела удовольствие узнать о себе много интересного. Таких изощрённых оскорблений не знает даже наш преподаватель по искусству красноречия. Ему стоит подучиться у этой женщины.

Выяснилось, что я (цитирую) «неблагодарная, дрянная девчонка» и просто «не одупляю», какое «счастье» на меня свалилось. Именно по этим причинам я должна немедленно извиниться и выйти за её сына замуж.

Степень моего культурного шока не передаст ни один творец. Я честно постаралась «одуплить», что, собственно, происходит, и ответила вежливым отказом, продолжая укладывать свои вещи в сумку..."

"Милой с виду женщине пришёлся отказ не по вкусу. Она буквально менялась на глазах, становясь всё страшнее - в буквальном смысле! Её волосы стремительно седели, кожа приобрела землянисто-серый оттенок, глаза покраснели, и я по наивности решила, что впечатлительную родительницу сейчас «посетит» инфаркт миокарда, и достала телефон, чтобы вызвать скорую.

Невменяемая мамаша набросилась на меня в этот момент и стала трясти, словно куклу, шипя что-то невообразимо жуткое.

Слова, как ни странно, я разобрала и запомнила...

«За свою слепоту и дерзость!

Силами, данными мне,

Налагаю печать проклятья!

Жить тебе в облике страшном,

Пока твоё чёрное сердце

Не познает признание истинной любви...»

Согласна: стихи так себе, но эффект они возымели невероятный.