Игроки выходили на площадку по одному, они все выглядели уверенными в себе, поднимали руки, вертелись в разные стороны, показывая мускулатуру и довольно улыбаясь. Гладиаторы тупые. Они вообще понимают, что их ждет? Я думаю, нет. Либо их накачали транквилизаторами, и они прут, как террористы-камикадзе, не осознавая всю степень опасности. А, возможно, каждый верит, что выживет в этом квесте и получит свой приз и меня в том числе.

Когда вышел последний игрок я стиснула челюсти и пошатнулась, меня придержали за ноги, а я чувствовала, как мир качается подо мной, вместе со столом, и небо вертится, как карусель.

Только на нем нет ни одной звезды, там вращается бездна. Воронка, в которую меня засасывает медленно, но очень больно, потому что сердце сжалось, как в предсмертной судороге.

Шестнадцатым игроком оказался Макс. Я на несколько мгновений закрыла глаза, а когда открыла, все поплыло перед ними. Вот и расплата за мой идиотизм. Слишком высокая цена.

Он был без маски и без пиджака, только закатал рукава рубашки. На публику не смотрел, как и на меня, а мне захотелось закричать, чтоб не смел. Громко заорать, перекрывая музыку и смех гостей.

Только голос пропал и озноб прокатывался по коже волнами ледяного холода. Зачем? Не надо. Пожалуйста. Разве не было другого выхода? Разве нельзя было позвонить Андрею, Савелию? Что он творит? Рядом с другими игроками атлетического телосложения, больше похожими на груды накачанного мяса, Макс выглядел худощавым подростком, и я с ужасом подумала о том, что он никогда не справится. Мне казалось, что от страха за него свело судорогой все тело. Куда он лезет? Он что не понимает — это фарс. Они все умрут. Все до одного. Какие могут быть шансы у людей против хищников и вооруженных до зубов маньяков? Из-за меня полез. Я так не хочу. Пусть лучше достанусь какому-то уроду, а потом мы уедем отсюда… Но я прекрасно понимала, что Макс этого не допустит. Скорее сдохнет, чем даст кому-то меня обидеть… и именно за это я так безумно люблю его.

— А сейчас Дарина поприветствует игроков и даст им возможность рассмотреть себя вблизи. Прошу.

Глаза участников и гостей устремились на меня, а я тихо прохрипела:

— Пошли вы все на хрен. Никого я не буду приветствовать.

Рустам сдернул меня со стола и прорычал мне в лицо:

— Будешь, или я тебя в клетку к кошкам засуну.

Они голодны. Их не кормили несколько суток. Они сожрут тебя живьем.

— Не сожрут, а победителю кого отдашь? Зад свой подставишь?

Я думала, он меня ударит, но не посмел, только посмотрел с такой яростью, что у меня дыхание перехватило.

— Сука, следи за языком.

— Эй. Ахмед.

Я мгновенно отвлеклась от Рустама и перевела взгляд на Макса.

— Да, дорогой. Последнее слово смертника?

— Нет, первое слово победителя — приз мой побереги. Я скоро за ним вернусь.