– И вы все время ездили к нему?

– Конечно, – кивнул Иса, – и не только ездил. Какие поручения у него были в Баку, я все выполнял. Чтобы он сам сюда не приезжал.

– В общем, Иса был его доверенным секретарем, а не водителем, – улыбнулся Борис.

– Надежный водитель – это самый близкий человек, – заметил Иса, – мы с ним столько вместе катались. Всю республику объездили. Раньше у нас другая машина была, а в прошлом году взяли этот «Ниссан».

Они въехали в город во втором часу дня и, переехав через новый мост, оказались в Красной Слободе, рядом со старой синагогой. Проехав мимо нее, они миновали новую синагогу и остановились около большого двухэтажного дома, покрытого красной черепицей. За воротами залаяли собаки. Кто-то подошел к дверям. Затем открыл ворота, и они въехали. Дронго первым вышел из машины. Махнув на собак, к нему обернулся мужчина лет пятидесяти. Он был высокого роста, крепкий на вид, небритый, черноволосый, в сапогах и темной одежде. Это был Гулам Мустафаев, садовник. Он кивнул приехавшим.

– Здравствуй, Гулам, – вылезая из салона автомобиля, сказал Борис. – Ассалам алейкум. А где твой новый джип? Дядя завещал его тебе, а я нигде не вижу машины. Может, она в гараже?

– Ваалейкум ассалам, – ответил садовник, – я вчера ударил машину. Так обидно. Уже когда подъезжал к городу, на меня выскочили эти «Жигули». И врезались прямо мне в бок. Помяли левое крыло и левую дверь.

– Жалко, – кивнул Борис, – но ничего. Я тебе отремонтирую этот автомобиль. Можешь не беспокоиться.

– А я и не беспокоюсь, – вдруг улыбнулся Гулам. – Оказывается, ваш дядя застраховал обе машины. И страховка еще действует. Я позвонил в страховую компанию. Служащие компании забрали машину и сказали, что все сделают бесплатно. Представляете себе? Дай Аллах вашему дяде райскую жизнь на том свете. Да упокоит Господь его душу.

– А зачем ты ездил в город? – спросил Борис. – И почему мне ничего не сказал? Что за срочность?

– У меня свои дела были, – уклонился от ответа Гулам, – я не хотел вас беспокоить. Поэтому ничего и не сказал. И вчера поздно ночью вернулся. Один наш сосед меня привез.

– А где Фатьма?"

"– Она скоро придет. Я ей говорил, что вы приедете. Что-нибудь нужно? Я могу ее позвать.

– Нет, спасибо, мы сами разберемся.

Борис и его гость вошли в дом и стали подниматься по лестнице на первый этаж, который возвышался над уровнем земли метра на полтора. Потом по большой лестнице, находившейся в гостиной, поднялись на второй.

– Наверху у нас пять комнат, – стал объяснять Измайлов, – спальня самого дяди, там раньше была спальная комната дедушки. Комнаты моих родителей, наша с Асифом комната и еще две спальни, в которых никто не оставался. В последние дни в них ночевали Генрих Соломонович и Фатьма. Каждый в своей комнате.