– Там деньги не нужны…

“Залы и коридоры Павловского дворца были переполнены генералами и офицерами после парада, и Чичагов, шествуя за Кушелевым, прошел мимо этой массы блестящих царедворцев, которые еще вчера поздравляли его с высоким чином контр-адмирала” – так написано в сборнике биографий сенаторов.

Его посадили в сырой каземат Петропавловской крепости, но перед этим он повидал генерал-губернатора графа Палена.

– Что вы так возмущаетесь? – сказал Пален адмиралу. – Сегодня посадили вас, а завтра посадят меня…

Скоро Чичагова навестил в крепости сам император, который нашел помещение “слишком чистым и светлым”, указав Палену, чтобы пересадили адмирала в каземат с крысами.

Наконец, император прислал к узнику графа Палена.

– Его величество приказали спросить вас, чего вы желаете: или служить его величеству, или оставаться в обществе крыс?

Чичагова было не узнать – весь зарос бородищей.

– Чего тут выбирать? – отвечал он. – Но весьма досадно, что этот же вопрос государь не догадался задать мне раньше, а начал сразу с раздевания и отнятия последних денег.

Тюремный цирюльник побрил узника, Чичагов был обряжен в драный сюртучишко с чужого плеча. Таким его доставили в Зимний дворец, где адмирала встретил язвительный Кушелев:

– Поздравляю: сидя в равелине, вы даже располнели.

– Распух – точнее! Где мой мундир?

– Он остался в гардеробе Павловского дворца, за ним уже послали курьера. Император желает вас видеть…

Павел взял руку Чичагова, прижав ее к своему сердцу:

– Забудем все, останемся друзьями. Знаете ли, что явилось причиной моего гнева? Ваши якобинские правила.

– Правила? – удивился Чичагов. – Да разве я штурмовал Бастилию? Напротив, это вы заточили меня в свою Бастилию."

"Далее цитирую речь Павла I: “Если вы якобинец, – продолжал он, – то представьте себе, что у меня на голове красная шапка, что я ваш главный начальник, а вы повинуйтесь мне…” Чичагов обещал повиноваться “начальнику якобинцев”, носившему корону. Адмирал понадобился царю, чтобы он возглавил эскадру, посылаемую на помощь английскому флоту – против французов.

Указ об этом был подписан 3 июля 1799 года, а сама экспедиция именовалась “секретной”. Но вскоре Павел рассорился с Уайтхоллом и отозвал эскадру обратно, а Чичагов вернулся в Ревель с нежной мисс Проби, которую по-русски стали величать Елизаветой Карловной.