После чего мы рванули в ходовую рубку, уже не обращая внимания на то, как наши друзья пробираются внутрь корабля.

С большим трудом нам удалось выковырять из ложемента труп командира, и добраться до ниши с бортовым искином, который выдернули без тени сомнений. Упираясь раскоряченными дрожащими ногами в косяки дверного проёма ходовой рубки, едва не теряя сознание и нависая над трупом пилота, я сумел-таки дотянуться до приборной панели. Сам не знаю, как я там умудрился хоть что-то рассмотреть. А то, что мне это удалось факт, потому что органы управления у бриттов отличались от наших. Я попросту не сумел бы проделать это на автомате. Как бы то ни было, а я всё же сумел перевести катер на ручное управление, и вырубить маршевые двигатели.

— Твою м-мать, — послышался в канале вздох Дрона.

Я глянул вправо, где должен был находиться бывший одноклассник, но там никого не оказалось. Вообще никого. Обернулся и глянул назад. Малахов лежал в конце коридора в обнимку с бортовым искином, и трупом лейтенанта Скотта рядом, а под ним барахтались Назар, Прохор и Малой. Какое-то время этот клубок ограничился только облегчённым вздохом Андрея. Но потом под кряхтение и матерок друзей начал распутываться и распадаться.

— Не расслабляемся. Зачистить экипаж. Если сдадутся, вяжите их, если дёрнутся, валите без разбора, — приказал я.

Вообще-то не мешало бы чуть сдерживаться в своих словах и поступках, так как с момента запроса грузовика, мы врубили прямую трансляцию, потому что скрываться больше не имело смысла. Но уж больно я был в этот момент зол на бриттов, которые едва нас не приголубили.

— Принял, — отозвался Прохор, и вскинув штурмовой игольник скользнул в одну из кают.

Назар рванул дверь другой. Матросы обнаружились в ложементах из трансформированных коек и даже не подумали оказывать сопротивление. Ну что сказать, умное решение. Потому что отбиться у них не было никаких шансов, а убивать сдавшихся в плен мы и не подумали бы.

— Дрон, уложите убитых и пленных в спасательные капсулы.

— Есть, — отозвался бывший одноклассник.

А что такого. Смертельное ранение не обязательно приговор. Во-первых, разогнанные наниты прилагают усилия для спасения носителя, а потому время клинической смерти увеличилось в разы, и если вовремя оказать квалифицированную медицинскую помощь, то есть шанс излечения даже в случае смертельных ранений. Во-вторых, наниты будут активно трудиться над восстановлением раненого даже после того как его погрузят в криосон, что так же увеличивает шансы на выживание. Ну вот не нужны мне лишние жертвы.

— Кречет, а с этим-то что будем делать? — Прохор неопределённо кивнул в бок, явно имея ввиду торговца.

— Издеваешься? — вздёрнул я брови, что он прекрасно видел через прозрачное забрало.