Только нам, конечно, сейчас чуть сложнее будет это все разрулить. Шуст на славу постарался, не придраться… Но к тебе сразу вопросы возникнут, насчет тела, если вдруг «воскреснешь». А нам Дениса светить точно не стоит, не поблагодарит за это, да и свои обязательства у Стаса есть перед ним… — Мира скинула кроссовки и с ногами забралась на диван, сложила руки на спинку. Устроила подбородок на ладонях. — Я вот кручу это в голове, есть пара идей… абсурдных, по правде говоря, — широко улыбнулась. — Но, кажется почему-то, что тут чем абсурдней, тем лучше и будет.

Людей сбить с толку нужно, они тогда в любую чушь поверят быстрей и охотней, не разыскивая истину и подробности. Ну и не под нож же пластического хирурга нам тебя ложить, — подмигнула Мира. — Хотя это тоже на грани здравого смысла в нашей ситуации, могло бы и сработать.

И Леся сама рассмеялась, кивнув.

Такую версию выдвигали матери, видимо, увлекающиеся сериалами. Но наткнулись на категоричный отпор Николая.

— Она мне такой, какая есть, нравится, не позволю ничего с ней творить, — решительно заявил Коля, хоть и смягчил отказ улыбкой, отметая вариант матерей.

Ну и те не настаивали, наверное, тоже сомневаясь, что стоит до таких радикальных мер доходить.

— Это точно не вариант. Да и нам нормально ее вернуть нужно, законодательно аргументировав. Мартынов сейчас всем ее наследством, считай, завладел, как я понимаю. А чтобы это оспорить… — начал было говорить Станислав.

— Я не хочу! — вдруг перебила она его, дернувшись всем телом.

Залилась краской, когда все на нее посмотрели в явном недоумении. Ведь Станислав Гончаренко разумные и толковые вещи говорил.

— Я понимаю, что это странно, но это наследство… Мне бы вовсе хотелось забыть, чья я дочь. И все это, что отец таким способом сколачивал… Не хочу такого наследства, душит меня…

Стушевалась, подумав вдруг, что они могут иначе посчитать.

Ну и… не то чтобы рассчитывать на ее наследство, у Гончаренко и так достаточно денег и ресурсов, но мало ли… В их кругах любую выгоду упускать не принято.

— Как ты пожелаешь, маленькая моя, — Коля вдруг сел рядом с ее креслом на корточки и обхватил нервно сплетенные пальцы своими ладонями.

 — Поверь, тебя никто принуждать не будет к тому, к чему душа не лежит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А ей так почему-то неловко стало, уткнулась в их сплетенные руки, как прячась от остальных. Тогда-то отец Николая и предложил развести огонь, расслабиться, пожарить шашлык.

— Хорошая идея! Вы давно выходные заслужили, а все никак время не выделите, чтоб нормально с нами пообщаться, — тут же поддержал и дядя.