Олег тоже был с ней согласен: работать надо не покладая рук каждому в стране, чтоб быстрее построить светлое будущее. Из десятка просмотренных фильмов, в основном комедий, им обоим больше всего понравился азербайджанский музыкальный фильм про три влюбленные пары, судьбы которых пересекалась: «Аршин Мал-Алан», где пел молодой и красивый Рашид Бейбутов. Фильм потрясающий! Кроме того, Марица очень любила его песню, не раз передаваемую по радио, о девушке с родинкой на щечке. У нее тоже была на щеке таковая, правда крошечная. Олег, часто шутя, вполголоса напевал ее при встречах с ней: «Ах эта родинка меня с ума свела…» И, так казалось Марице, он красиво и сладко поет, лучше самого Бейбутова! Ничего такого легкомысленного не было в их встречах: Олег Гильманов только раз неуклюже поцеловал ее, и то, потому что каким – то образом ее волосы запутались в пуговице его гимнастерки.

Вот он и успел чмокнуть ее в щечку, не растерялся. Это привело ее в негодование, конечно, но вместе с тем, она с удивлением заметила, как ее словно окатило горячей волной. Она даже испугалась.

– Больше никогда так не делай!

– Ну прости, Марица.

Больше не буду! Точнее буду после того, как поженимся. Тогда – то можно будет?

– Когда поженимся, тогда будет видно, – Марица засмеялась. Лицо ее сияло, глаза лучились, она это хорошо ощущала, понимала, что Олегу видно, какое у нее счастливое лицо.

– Жаль только, что тебе так мало лет, – сетовал Олег."

"– Скоро будет шестнадцать, пойдет семнадцатый.

– Знаю! Что же ты хочешь, чтоб я тебе подарил на день рождения?

– Ничего не надо.

– Ладно, ладно, обязательно будет тебе подарок, – подзадоривал ее Олег, – думаю, что через недели две-три нас уже отправят.

Постреляем фрицев на славу.

– Отправят… – эхом прозвучал опечаленный голос Марицы.

– Да, так что будь готова отправиться со мной.

– Меня же не отпустят…

– Ну мы ж с тобой уже говорили: распишемся и уедем. А там родители простят нам. Другого выхода нет, Мария.

– Да, я даже не представляю себя твоей женой!

– Потом узнаешь. И представлять не надо будет.

– А как это быть женой, – не отставала она. Столько было в ее словах игривости, женской грации, неискушенности, что Олег легко поддавался ее обаянию.

– Ну, Марица, как тебе я должен объяснить… Ты ведь видишь, как твоя мама для папы жена.

– Не, я так, как она, не хочу.

– Почему?

– Скучно это: папа пьет, маму бьет… Иногда.

– Ну что ты! Я тебя никогда не буду обижать, пальцем не трону. – Он для убедительности поднял вверх свой кургузый палец и сразу убрал его. – Ты не бойся, Мария. У нас многие ребята переженились на краснополянских девчатах.

– Какие это ребята?

– Ну, например, Иван Серегин женился на Глафире. Фамилию ее не знаю, конечно.

– А мою знаешь?

– Сарваниди. От слова сорванец.