– Может, она и будущая хозяйка этого дома, но все равно ей не следовало упрекать Агату в недобросовестности! Она и так работает за троих! Она же не виновата, что Фонтерою пришлось распустить почти всю прислугу!

Слово за слово мне удалось вытянуть из него, что Кларисса вчера ласково попеняла Агате за пыльную мебель в гостиной: «Странный обычай для прислуги – брать лишний выходной, когда дом зарастает грязью». Горничная, всегда добросовестно относившаяся к своим обязанностям, очень расстроилась.

Мне тоже показалось, что вчера вечером Агата была слишком тихой, но я приписала это банальной усталости.

Нам всем пришлось изрядно поволноваться.

– Поверь, мои отношения с леди Эмберли очень далеки от дружеских! – попыталась я успокоить разбушевавшегося Неда.

– Зачем она вообще лезет не в свое дело!

– Лорд Фонтерой сказал бы, что она хочет только добра, – съязвила я.

– Да ничего она не хочет! Ей нравится показывать свою власть над людьми, вот и все!"

"В этот драматический момент в комнату вошел Батлер, объявив о приезде леди Виверхэм. Выглянув в холл, я сразу же узнала ее тучную фигуру. Сегодня она была без тюрбана, но ее утренний сине-зеленый туалет, отделанный пышным кружевом, производил не менее сильное впечатление.

Во внешности этой леди было что-то экзотическое. Ее сопровождали две хорошенькие девушки с круглыми карими глазами и пушистыми локонами цвета имбиря, одетые в одинаковые муслиновые платья.

Стоило мне их увидеть, как тут же захотелось прокрасться наверх и запереться в комнате, сославшись на головную боль, внезапную простуду, тиф, холеру – да что угодно сойдет! Что мне с ними делать? О чем говорить? Любая тема казалась слишком неловкой.

Вряд ли им будет интересно узнать, например, о нелепой гибели пивовара, утонувшего в чане с горячим суслом, или о поимке одного головореза-эринца8 на Флит-Бридж-стрит, в драке с которым Уолтер проявил небывалый героизм. Эта история пользовалась большим успехом в «Золотом лососе», нашем любимом пабе, но для светской гостиной явно не годилась.

– Фанни, дорогая! – вдруг послышалось с лестницы. Там стояла Элейн в пеньюаре и кружевном чепце.

– Элейн!

Встретившись на середине лестницы, пожилые дамы радостно обнялись. Надо же! Леди Элейн и «виверна» оказались старинными подругами!

Спустя полчаса они сидели рядышком на софе в голубой гостиной, с удовольствием обмениваясь свежими сплетнями, а мы с Селиной и Селией уютно устроились в уголке, где стояло старинное фортепиано.

Принимать визит оказалось вовсе не страшно. Одно мне непонятно – зачем называть дочерей похожими именами, если их и без того сложно различить?! Сестры были похожи, как две горошины в стручке. За исключением маленькой неловкости, вызванной этим обстоятельством, все шло отлично.