Она явилась в парадном платье кораллового цвета, не вполне приличном ее летам, и с ридикюлем, зажатым в худощавой руке.

Едва она показалась на пороге, мистер Пениквик воскликнул:

— Только не вы! Я сыт вашей физиономией на сегодня! Убирайтесь!

В ответ на эту тираду пожилая леди издала слабый кудахтающий звук, но, несмотря на испуг, казалось, нисколько не удивилась столь беспардонному приветствию.

— О, мистер Пениквик, — пролепетала она, — в такой момент, по такому поводу!

— Китти, — прервал ее опекун, — выброси Фиш из комнаты!

Несмотря на отчаянные протесты, мисс Чаринг мягко, но непреклонно вытолкала несчастную за порог, повторяя:

— Я говорила, что так и будет!"

"Она закрыла дверь, обвела собравшихся внимательным взглядом широко открытых глаз и выступила на середину комнаты.

— Умница, — одобрил мистер Пениквик, — садись.

— Вот кресло, — нашелся лорд Бидденден.

— Вам будет удобней здесь, моя дорогая Китти, — отозвался преподобный Хью, указывая на стул, с которого поднялся при ее появлении.

Чтобы его не обошли, лорд Долфинтон сглотнул и предложил:

— Возьми мой. Он совсем не удобный, но я счастлив… служить… Пожалуйста, возьми его!

Стройная изящная брюнетка, мисс Чаринг одарила всех соискателей сдержанной легкой улыбкой и села в стороне на прямой жесткий стул, сложив на коленях маленькие красивые ручки с длинными пальцами. Наружность ее много выигрывала от пары больших черных глаз. Их чистый и ясный взгляд она имела привычку устремлять на собеседника с серьезным (или смущенным) выражением. Вздернутый носик, чуть коротковатая верхняя губка и решительная линия подбородка делали ее очаровательной, а масса темных локонов, скромно уложенных, что почиталось достоинством, по мнению ее опекуна и гувернантки, только подчеркивала ее красоту и нежность. На торжественный прием Китти надела пышное платье из зеленого батиста с высокой талией, длинными рукавами и неширокой оборкой. Ее единственное украшение — небольшой золотой медальон — держалось на бархотке. Если лорд Бидденден, человек современных взглядов, полагал, что модный покрой платья и необходимые в таком случае безделушки сделали бы Китти интереснее, то его брат с одобрением отметил скромность ее облика.

— Ну, Китти, — начал мистер Пениквик, — я рассказал этим троим о своих намерениях, и теперь пусть они сами говорят за себя. Не Бидденден, конечно, я и не думал о нем, хотя не сомневаюсь, что он бы соловьем разливался, если б мог! Что его привело сюда, не знаю!

— Полагаю, что он приехал поднакачать Хью, — засмеялась Китти.

— Честное слово, Китти, нашла время пробовать язычок! — воскликнул Бидденден, явно раздосадованный.

Мисс Чаринг удивленно и укоризненно взглянула на Хью.