— А чего, без моего пристального осмотра и авторитетного мнения он перестанет исправно работать и приносить тебе бабки? — еще больше удивилась, оставляя допитую кружку на широкие перила, на которых сидела, разглядывая небольшую тихую улицу загородного коттеджного поселка, скрытую под тенью весело шелестящих листочками берез. Здесь было тихо, прохладно. А самое главное — безлюдно.

— Белка, не зли меня, — еще больше нахмурился рыжий. И вздохнул. — И курить бы ты завязывала, что ли…

У меня чуть тонкая сигарета с шоколадным привкусом изо рта не выпала. Чёт не вовремя Илюха сегодня старшего брата врубает…

— Харлей, тебе чё от меня надо? — тихо и проникновенно поинтересовалась, выдохнув приятный, сладковатый дым. Развернувшись к нему лицом, поджала под себя ноги, не слезая с перил, и мрачно добавила. — Что за внеплановые признаки активности материнской платы? Мы, кажется, уже это обсуждали. В твоем «Максимусе» мне ловить нечего. Твои друзья — не мои друзья, и вряд ли вообще меня вспомнят. Так что давай не будем лаяться, а просто свернем эту тему. Я никуда не поеду.

— Неаполь к предкам сваливает, на неделю почти, — добавил информации братец, прозванный еще в бурных подростковых годах известной маркой байков. — У меня работы в клубешнике навалилось. Ты одна тут будешь куковать?

Я пожала плечами. А почему нет-то?

— Ни хрена, Белка, — слегка треснув пудовым кулачищем по дверному косяку, непримиримо заявил рокер. — Одевайся давай, и погнали. Потусишь, с парнями пообщаешься, может, работенку тебе какую найдем.

— На кой буй? — изумилась еще сильнее, впервые услышав о подобных планах. Стлевшая сигарета обожгла пальцы и я, зашипев, скоро затушила окурок в пепельнице. Сунула пальцы в рот, глядя на совершенно серьезного братца… и поняла, что он не шутит. — Братиш, ты обалдел? Какая работа? Хочешь, чтобы я тебе весь коллектив распугала?"

"— Заканчивай, мля! — как всегда, Харлей был громок, прямолинеен, краток, суров, красноречив и не цензурен. И только увидев, как я застыла, вздохнул, проводя ладонью по уже абсолютно гладкому подбородку. — Извини. И все равно, Белка, не дело это. С тобой всё в поряде, да и наши еще не таких видали. А из дому тебе один черт выходить надо, сколько можно за компом виснуть? Примочки твои никуда не убегут. На крайняк, если совсем тухло будет, к Жеке нашему в каморку забьешься, ноут его заберешь для развлекухи. Идет?

— К Жеке… — задумчиво протянула, пытаясь вспомнить, кто, собственно, это такой. И усмехнулась, качая головой, так и «не вспомнив» этого байкера, всегда тяготеющего именно к компьютерам, программам и прочим милым хакерскому сердцу вещицам. — Нет, братик.