Подкурила одну, выпустила сладковатый дым и, хмыкнула, поудобнее перехватив шлем. — Гуляй, парниша. Я для тебя не вариант.

— Это почему? — и снова такое неподдельное любопытство с хитрым огоньком в глазах.

Ну, хотя бы не самоуверенность и обида истинного недооцененного мачо, и то хлеб.

— Потому, что кончается на «у», — хмыкнув, отвернулась и потопала в сторону дороги, махнув рукой на прощание. — Приятной ночи. Приятелям привет.

По-моему, сзади кто-то тихо выругался… а вот хохот из-за несчастной, облитой алкоголем елки, стал только громче.

Нет, он реально думал, что я не догадаюсь о его споре с приятелями? Можно подумать, он первый такой, аха…

К тому моменту, когда на «охоту» вышел следующий «заелочник», решивший попытать удачу в соблазнении заезжей и неприступной байкерши, меня и моего мотоцикла в кармане парковки уже и близко не было.

Наверное, не подойди ко мне местные гуляки в попытке познакомиться, я бы, скорее всего, отогрелась в ближайшей кофейне, и снова рванула кататься, но внезапно захотелось оказаться в месте, где ко мне точно никто не полезет с более чем сомнительными предложениями. И таких мест, увы, можно было перечесть по пальцам одной руки. Так что выбор очевиден — впереди меня ждало любимое детище моего братца. Там, разве что, Костлявый прицепиться с предложением гульнуть, но от этого можно если не отвертеться, то уж как-нибудь хотя бы пережить…

Приткнув свой байк среди двухколесных монстров банды, я прошлась по заставленной транспортом парковке, и спокойно вошла в сияющий неоновыми вспышками, и гремящий популярной музыкой клуб. На фейсконтроле меня уже знали, так что проблема возникла только на танцполе — народу было просто не протолкнуться. Вспомнив о документах, оставшихся лежать у меня в кармане, для начала пришлось зарулить в ледяную обитель местного администратора.

— Я ничего не видела, — застыв в дверях снежного царства, торопливо и показательно закрыла ладонью глаза, мельком узрев сидящую и целующуюся прямо на столе сладкую парочку работников местного развлекательного заведения. Но не упустила возможности проворчать, как старая бабка. — Один разврат кругом, никакого покоя!

— Я ничего не слышал, — проворчал в ответ нифига не смутившийся Верещагин, приглаживая растрепавшуюся черную шевелюру, пока Эльза, пряча насмешливую улыбку, возвращалась в свое рабочее кресло. И, пробираясь на выход, шутливо щелкнул меня по носу. — Одни осуждающие кругом, никакого покоя!

— Чеши ногами Верещагин, пока Шут снова твой ужин не схомячил, — шлепнув байкера по заду, вытолкала из кабинета и, закрыв дверь, прыснула, увидев, как начальник службы безопасности едва ли не бегом рванул по балкону в сторону своего служебного помещения.