— Щас ему… Да, как раз три года. Ровесник Марьи.

— Он остался у мужа? — старательно отодвигая охватившие его эмоции на задний план, только и спросил Владислав. — Он и есть тот рычаг давления, о котором ты говорил?

— Ну да… Млять, — все-таки скривившись, байкер залпом опрокинул в себя содержимое бокала. — Как тебе ж объяснить-то…

— Начни по-порядку, — посоветовал Цепеш, все-таки присаживаясь на диван, попутно прихватив со стола налитый ему коньяк. Любителем выпить он никогда не был, но подобный разговор явно не шел насухую…

— По порядку, — налив себе еще алкоголя, рокер невесело усмехнулся. — Я надеялся, что подобный рассказ вообще никогда не всплывет. Не судьба, ёпт! Короче… с Глебом Зеленским у тебя уже знакомство состоялось. Белка рассказала, что он за хрен?

— В красках и лицах, — подтвердил Влад, задумчиво глядя на коньяк, плескающийся в бокале в его пальцах. — Говорила об измене и обмороке… Обмороке… Она уже была беременна, ведь так?

— Угу, — невесело отозвался Харлей. — Ток сама не знала. А когда все выяснилось… короче, не смогла она уйти. Свекруха отговорила, этот клялся, что исправится… У Стаськи даже на минуту не мелькнула мысль избавиться от беременности. В шоке, конечно, была, не без этого, но потом… Для нее это был типа шанс, что все изменится к лучшему. Да и возвращаться с пузом она сюда не хотела, хотя я звал. Самостоятельная, засранка! Надеялась, что ребенок все исправит.

— И?

— Да ни хера, — усмехнулся рыжий рокер, щелкая зажигалкой. По небольшому кабинету тут же поплыл крепкий табачный дым. — Не, первое время этот черт был мальчиком-зайчиком, а потом пошло по накатанной. Белка с размаха треснулась о те же грабли, я вообще удивлен, как она Маську выносила. Беременность не из легких, а этот овощ ей нервы мотал. В этот раз аккуратней, собака, от меня огреб и от матери, но один хер… Короче, довыкобенивался, придурок, у нее роды раньше времени начались. Мелкий здоровым родился, а вот Белка…

На некоторое время рокер замолк, пуская дым и тяжелым взглядом глядя куда-то в пустоту. Было видно, как отчетливо напряглись его плечи, глаза сузились, а кулаки снова сжались. Да и что скрывать — у самого Влада по спине скользнул неприятный холодок.

— Ты в курсе, хуже всего воспитаны дети учителей, а дети медиков ловят самые редкие болячки, — прошло прилично времени, пока Добрынин не заговорил вновь. И уже намного тише и тяжелее, но все так же коротко и зло. — Так и тут, млять. Осложнения начались, а врачи не сразу чухнули. Когда кровотечение открылось, спохватились, в реанимацию сунули… но поздняк метаться. Я млять, не в курсе был, Белка сообщить не успела, благо свекруха ее смс кинула. А этот долбоящер… Короче, врачи никаких прогнозов не давали, там шансов выжить почти не было.