Для них чем огнеопаснее, тем вкуснее и питательнее. Вышел посмотреть, увидел ""еду"", спрятанную в кусках мыла, унюхал, что девушка пахнет мужчиной, и понял, что что-то неладно.

— Экспертиза взрывчатки готова? — вмешался Стрелковский.

— Работают, — отозвался Тандаджи. — В предварительном заключении речь про тот же орвекс, который ты первым обнаружил в цехах в Тидуссе.

— Как только удалось пронести такое количество, — пробормотал Байдек. — Судя по силе взрыва, не меньше двухсот грамм."

"— На это я могу ответить, — Тандаджи смотрел на экран, где Ясница вылизывал себе лапу.

 — Вещи Лесковой обыскали. Она носила с собой еду в широком термосе со стальной колбой. А внутри — двойное дно, куда в слое густого крема помещался кусок мыла в целлофане, с прослойкой взрывчатки. Сканеры воспринимали его как термопрокладку. Если бы не знали, что нужно искать тайник, не нашли бы. Она проносила взрывчатку с собой, складывала куски мыла в двадцатилитровую емкость с мылом жидким. Взрыватель пронесла как часть заколки на волосы. Остальное — мобильный телефон и пара проводков. Идеально, — заключил он с удовольствием.  — Нам бы его завербовать, да, Игорь Иванович?

Игорь усмехнулся. Он тоже умел оценить мастерство противника. А вот Байдек был попроще и любование действиями заговорщика не разделил.

— Итак, что мы имеем на данный момент? — сухо проговорил он. — Львовский вступил в контакт с санитаркой, каким-то образом сумел перенастроить на себя допуски и день за днем носил сюда взрывчатку, ожидая появления ее величества? Не слишком ли он полагался на случайность? Моя супруга, слава богам, отличается завидным здоровьем. И никто ее вчерашнего появления предвидеть не мог.

Если только у заговорщиков нет прорицателя.

— Зачем ждать? — невозмутимо откликнулся Тандаджи. — И прорицатель тут ни к чему. Основной задачей, как я полагаю, было доставить под щиты взрывчатку. А затем достаточно было прямо на дворцовой территории сменить амулет и внешность Лесковой на внешность кого-то из придворных и попасть во дворец. То, что ее величество вернулась и оказалась в лазарете — удачное стечение обстоятельств, которым Львовский решил воспользоваться.

Мариан поморщился.

— Подумать только, — сказал он с глухой злостью, — страна с двух сторон в войне, гибнут тысячи людей, и только Василина может закрыть порталы. А этим выродкам война нипочем, они как преследовали свои цели, так и преследуют.

Его собеседники помолчали — этот выплеск эмоций комментариев не требовал. На экране полыхнуло, показалась кривая огромная морда Ясницы, вырвался из его пасти столб огня.

— Львовский способен говорить после такого? — спросил принц-консорт, глядя, как горит одежда на заговорщике.