В этот накопитель свели информацию со всех камер, которые не сгорели.

Тандаджи уже с привычным каменным лицом повернулся от окна и подошел к телефону.

— Игорь, — сказал он в трубку, — запись взрыва есть. Иди в операторскую.

В операторской, или информационном центре Управления работали с фото-, аудио- и видео- материалами, поступающими от агентов и других источников как внутри страны, так и из-за границы. Часто из-за экстремальных условий записи эти материалы были такого качества, что без обработки и восстановления сотрудниками информационного центра не читались.

В службе охраны, возглавляемой Байдеком, была своя операторская — и так как лазарет относился к дворцовому комплексу, то ключи от камер слежения, шифры записывающих кристаллов и мониторы, на которых охране транслировалось происходящее, тоже находились в ведомстве принца-консорта. Поэтому и расшифровкой занимались специалисты охраны, а не управления.

Хотя Тандаджи и планировал накануне запросить у гвардейского корпуса передачу кристаллов-накопителей своим операторам, лезть под горячую руку Мариана, который только что чуть не потерял вернувшуюся жену, он не стал, отложив вопрос на утро.

И это оказалось верным решением — его высочество сам принес записи.

Байдек и Тандаджи прошли в большой информационный центр, напоминающий белый аквариум с множеством стекол-экранов по периметру, у которых, разделенные звукопоглощающими перегородками, сидели операторы, просматривая видео — большинство из них были в наушниках. Там уже ждал Стрелковский. Один из операторов вставил переданный принцем-консортом длинный кристалл в небольшую коробочку-считыватель на буквенной панели — магтехнологии во всей красе, — набрал несколько символов, и на экране высветился белый коридор лазарета за несколько минут до взрыва.

Мимо пустующих палат шла молоденькая санитарка — простовато улыбаясь встречным, перебрасываясь короткими фразами с коллегами. В зеленом халате, шапочке, с вышитым именем на груди, с тележкой, на которой стопкой были сложены полотенца, бруски мыла, флакончики с шампунем и с десяток свечей в прозрачных стаканах. Вот ее показали со спины: впереди, в конце коридора, у дверей в палату королевы стояла охрана, а санитарка подходила к посту старшей сестры, расположенному посередине.

— Громче звук, — попросил Стрелковский, и оператор выкрутил громкость.

— Не помешаю я там, Лариса Павловна? — тихо спросила подошедшая.

— Нет, Оленька, ты как раз вовремя, — ответила сестра, — его высочество с детьми только что ушел. Полчаса у тебя есть.

— А свечи в палату зачем, не знаете?

Старшая поколебалась и склонилась над стойкой.

— На смену. Принц-консорт несколько с собой принес, в палате зажег, — едва слышно поделилась она.