Беннету понадобится целая вечность, чтобы добраться до нас с лимонадом. Мы вполне успеем умереть от жажды, прежде чем он вернется.

Толпа слегка поредела. Элеонора заметила завитой, старомодный напудренный парик, который был отличительным знаком хозяйских ливрейных лакеев.

— Возле двери я вижу слугу, — произнесла она, становясь на цыпочки, чтобы лучше его рассмотреть. — Может быть, мы сможем привлечь его внимание?

— Бесполезно, — отмахнулась Маргарет. — Эта масса людей опустошит его поднос раньше, чем он приблизится к нам.

— Оставайтесь здесь, чтобы Беннет смог найти вас по возвращении. Я попробую добраться до этого слуги раньше, чем у него закончится лимонад.

— Будьте осторожны и не попадитесь никому под ноги.

— Не беспокойтесь, я скоро вернусь.

Вежливо бормоча извинения, Элеонора протиснулась сквозь группу леди средних лет и, насколько это было возможно, быстро направилась к тому месту, где только что видела лакея.

Она была уже в нескольких шагах от него, когда ощутила прикосновение пальцев в перчатке к своей шее.

Волна ледяного холода пробежала по ее позвоночнику. Она почувствовала, что не может дышать.

Это всего лишь случайное прикосновение, попыталась она себя успокоить. В толпе такое вполне может случиться. А может быть, кто-то из джентльменов воспользовался теснотой, чтобы позволить себе подобную вольность.

Тем не менее Элеоноре с трудом удалось сдержаться и не вскрикнуть. Ибо ее интуиция подсказывала, что прикосновение затянутых в перчатку пальцев к обнаженной коже было не случайным, оно адресовано именно ей.

Этого не может быть, подумала она. Не здесь. Он не посмеет. Ею овладел ледяной ужас, несмотря на духоту. Нет-нет, она ошибается.

Но этот негодяй в прошлый раз подошел к ней на балу, когда она стояла в центре зала, напомнила себе Элеонора.

Как бы там ни было, она должна не подать виду, что знает о том, что он находится где-то близко.

Заставив себя оставаться спокойной, она медленно повернулась к нему. Щелкнув веером, она раскрыла его и стала обмахиваться, одновременно разглядывая окружающую толпу.

Неподалеку было несколько джентльменов, но никто из них не был так близко, чтобы дотронуться до нее.

Потом она увидела лакея. Не того, за которым гналась, а совсем другого.

Он стоял спиной к ней и вдруг стал быстро удаляться через толпу разговаривающих, смеющихся гостей. Элеонора успела увидеть лишь воротник его серебристо-зеленой ливреи и косичку напудренного и завитого парика под шляпой. Но было что-то удивительно знакомое в том, как он двигался.

Элеонора юркнула в толпу, стараясь не выпускать лакея из виду.

— Простите, — бормотала она извинения людям, которых вынуждала освободить ей дорогу.