— Жаркие дискуссии… Вы это так называете? Знаете, я подозреваю, что мы обречены иметь их в изобилии, пока вы живете в этом доме. Ошеломляющая мысль, как вы считаете?

— Вы дразните меня, милорд. Я сомневаюсь, что подобная перспектива заставит вас дрожать от ужаса.

Уголки его губ слегка дрогнули.

— Существует ли что-нибудь на свете, что вынудит вас дрожать от страха, мисс Лодж?

Элеонора сделала неопределенный жест рукой. Дело обстояло так, что в этот самый момент она дрожала, но не от страха. Она молила Бога, чтобы он не заметил этого.

— Очень даже многое, — заверила она Артура.

— Ну да? — Он неторопливо направился к ней, голос его сделался чувственно-хриплым. — А что, если мы продолжим работу в интимной обстановке и тогда нас будет ожидать не просто серия жарких дискуссий? Уж не это ли заставляет вас дрожать и трястись, мисс Лодж?

Она встретилась с его взглядом, увидела полыхающую в них страсть и едва не приклеилась к ковру.

— Мы оба на редкость энергичные и решительные люди, — заявила она, чувствуя, как у нее перехватило дыхание. — Я уверена, что каждый из нас способен удержать наше сотрудничество только в профессиональных рамках.

Он остановился перед ней, носки его ботинок оказались всего в нескольких дюймах от носков ее туфель. Если бы она сделала шаг назад, она уперлась бы в чугунные перила винтовой лестницы.

— Да, мы на это способны, — прошептал он интимным тоном. — Но что, если мы не подчинимся им? Что случится тогда, мисс Лодж? Вы задрожите?

От возбуждения у Элеоноры пересохло во рту. Она почувствовала, как в нижней части тела становится тепло и влажно. Она не могла оторвать взгляда от тлеющих в камине углей.

— Эта перспектива не повергает меня в дрожь, сэр, — заверила она Артура.

— Нет? — Он протянул руки и ухватился за перила по обе стороны от ее головы. — Я завидую вам, мисс Лодж. Потому что всякий раз, когда я думаю о перспективе интимной связи с вами, меня охватывает трепет.

Он не касался ее, но тем не менее она оказалась в плену его рук. Он стоял так близко, что Элеонора могла вдыхать его удивительный, неповторимый запах. У нее закружилась голова. Она вынуждена была облизнуть губы, прежде чем заговорить.

— Вздор, — все-таки сумела произнести она. Прозвучало это как-то неубедительно, и тогда она дотронулась до его скулы кончиками пальцев.

— Это ваше заявление говорит о том, что вы меня мало знаете.

Он не оторвал рук от перил, а просто нагнулся, и его губы оказались над ее губами.

Он хотел поцеловать ее, но давал ей время возразить или броситься к выходу.

Ею овладело безрассудное, дикое чувство. Сейчас ей вовсе не хотелось убегать от него. Даже наоборот. Она мечтала оказаться в кольце его рук, чтобы испытать все тайны страсти, которую найдет в его объятиях.