Вероятно, Греков побегал по кабинетам, задействовал свои связи и выбил бывшим подопечным жилье в коммуналках. Он же пристроил их на работу. Ирина очутилась в ресторане «Теленок». До этого момента есть хоть какая-то ясность. Далее начинается туман.

Светлана рассказала о желании Соловьевой иметь ребенка. В истории появляется анонимный донор. Немного странно, что молодая симпатичная женщина, у которой, судя по бурно проведенной юности, не было проблем с кавалерами, решает зачать чадо не тем путем, который предначертан ей природой. Ну, впрочем, всякое бывает. Ира забеременела, родила, значит, ей полагалось взять декретный отпуск и заняться малышкой. Но, судя по документам, которые нарыл Кузя, Ирина безо всякого перерыва работала в «Теленке». Потом она внезапно покидает его и через считаные дни появляется в «Фасоли». Оба заведения примерно одного класса, должность та же, оклады те же. Просто иллюстрация к пословице «Меняем шило на мыло». Зачем уходить из ресторана, чтобы попасть в аналогичный? Возможно такое объяснение: Соловьева не поладила в «Теленке» с начальством, поссорилась с коллективом, или на нее написал жалобу скандальный клиент. Но в это же время управляющая переезжает из скромной комнатушки в квартиру. Где она взяла деньги? Жилплощадь в Москве всегда была запредельно дорогой. Очень сомневаюсь, что у Соловьевой имелись солидные накопления. Ей кто-то помог? Отец Кати! История про анонимного донора – ложь. И самое главное! Катя-то родилась в тот год, когда Иру забрали с зоны! Получается, она участвовала в эксперименте беременной, девочка появилась на свет до того, как мать окончательно освободили. Но в коммуналке Ира была прописана одна.

В сумочке занервничал телефон. Я достала трубку. На дисплее высветилась фамилия «Собачкин».

– Мне в голову пришла светлая мысль, – забыв поздороваться, зачастил Семен, – я проверил свидетельство о рождении Екатерины Соловьевой. Это дубликат, копия, то есть то, что было выдано при регистрации ребенка, утеряно. Ничего особенного в этом случае нет, книги загса содержатся в архиве, там есть соответствующие записи. Родитель, посеявший документ, пишет заявление, сотрудник проверяет соответствующий том, и получите дубликат. Но! Вот тебе фокус! Екатерины Ивановны Соловьевой, появившейся на свет шестого ноября, в Москве не существует. Угадай, что я сделал дальше?

– Проверил родильные дома, искал, в котором из них родилась Катя, и не нашел, – ответила я.

– Что за манера портить людям сюрприз, – недовольно пробубнил Собачкин, – верно. Ирина не рожала девочку. И где она ее взяла?

– Маленькая поправочка, – вздохнула я, – есть категория женщин, которые предпочитают альтернативные варианты родов. В ванной, в бассейне, в бане, в лесу, на природе.